Ее опять начали грызть сомнения, она боялась, что, может быть, ее план составлен наспех. Люди Риотамуса — прекрасные воины и конники. В открытом поле они хорошо сражаются. Но что если битва завяжется в лесу? Что если страх перед магией Кела полностью выведет их из строя? Может, она ошиблась в выборе поля битвы? А может, она собирается сделать еще более серьезную ошибку? Так много вопросов, на которые нет ответов; она постаралась выкинуть их из головы.
— Я расположусь здесь, — объявила она, когда они снова поравнялись с руинами.
Терлик непонимающе уставился на нее, но ни о чем не спросил. Хоть ей бы хотелось, чтобы он задал вопрос. Может, отвечая ему, она смогла бы прояснить свои собственные мысли и тогда б ее сомнения развеялись. Но он просто ждал, сбитый с толку, но спокойный, и она, ничего не объясняя, произнесла единственные слова, которые смогла найти для него:
— Скоро ты все поймешь.
Стужа спешилась и стала расхаживать среди разбросанных камней и разбитой кладки. Огонь ее молний уничтожил почти все, осталась стоять только обуглившаяся часть стены, до верхнего края которой она бы смогла дотянуться рукой.
— Здесь, — бросила она. — Иди сюда и помоги мне.
Она навалилась всем своим весом на огромную почерневшую каменную глыбу и попыталась сдвинуть ее. Терлик тут же оказался рядом и присоединился к ней, припав плечом.
— Куда? — напрягшись, прорычал он. Камень перевернулся через прямоугольный край и тяжело отвалился в сторону. Стужа наклонилась и просунула пальцы под острый край.
— К стене, — со стоном ответила она, пытаясь снова поднять его.
Звук копыт заставил ее выпрямиться. Риотамус и двое его солдат подъехали к стене. Он недовольно посмотрел на них сверху вниз:
— Что ты делаешь? Я думал, ты поехала в лес, чтобы спрятаться.
Его отношение к ней начало ее утомлять.
— И ты увидел, как я вернулась обратно. Пусть твои два лакея спустятся с лошадей, и позови сюда еще солдат. — В глазах его мелькнул гнев, но она не обращала на это внимания. — Поторопись. Я должна кое-что сделать, чтобы подготовиться, или нас самих сегодня застигнут врасплох.
Она снова наклонилась к камню.
— Ваше величество, — сказал он.
Она подняла голову:
— Что?
— Так следует ко мне обращаться, — заявил он ей строго.
Ни разу за эти дни ей так не хотелось смеяться, как сейчас, и ей пришлось сильно прикусить губу, чтобы удержаться. Она понимала, что не стоит ставить в неловкое положение короля, пусть даже Риотамуса, перед его солдатами. Ему нужно сохранить их уважение, чтобы командовать ими. В конце концов, она ведь сама попросила его о помощи. Неужели ей трудно пойти на такую малость?
Кое-как ей удалось подавить свой смех. Вместо этого она, плотно сжав губы, склонила перед ним голову, выражая свое почтение. Он одарил ее надменным кивком в ответ.
Их взгляды встретились и остановились. Он понимал, о чем она думает, и она поняла, что он понимает. Но перед слугами его достоинство не пострадало. Он кивнул еще раз в знак подтверждения их нового, молчаливого, соглашения. Отныне ему требовалось от нее лишь одно — хотя бы изображать почтительное отношение.
— К стене, — скомандовала она двум солдатам, которые спрыгнули с лошадей и пришли ей помогать. Вчетвером они легко справились с камнем и поставили его туда, куда она показала — к уцелевшим остаткам стены. — Теперь нужен еще один — сверху.
Довольно скоро были сооружены несколько неровных ступеней к верхней части стены. Когда они уже справились с этой задачей, к ним присоединились еще с десяток человек, прибывшие по сигналу своего короля. Они спешились и перекинули свои плащи через седла.
— Мы должны работать быстро, — сообщила она. — Уберите камни вокруг стены. Мне нужно, чтобы получился круг, и ни камушка внутри него, за исключением тех, что мы сами поставили.
Келедцы сразу же принялись за работу. Они трудились, невзирая на жаркое солнце, пока руки их не ободрались и не испачкались, а яркая, аккуратная форма не запылилась. Еще десять человек примкнули к ним, и даже сам Риотамус спустился с коня и стал помогать в тяжелой работе. Это ее удивило. «Интересно, — подумала она, — он делает это потому, что действительно понимает, что надо спешить, или потому что хочет произвести впечатление на своих людей?»
Воздух наполнился пылью и запахом пота. Камни летали, отскакивали, раскалывались. Мужчины, работавшие группами, накидывались на громадные глыбы, принадлежавшие некогда могущественному сооружению, и сбрасывали их вниз, заполняя пустоты в земле, оставшиеся от разрушенных подвальных помещений.
Риотамус вдруг остановился и отряхнул руки. Он огляделся вокруг, чтобы прикинуть, сколько еще осталось работы, и собрался было дополнительно послать за своими солдатами для подмоги.
— Мы справимся этими силами, — тихо оповестила его Стужа. — Здесь десятая часть твоих солдат. Пусть остальные будут свежими и отдохнувшими перед битвой.
Он посмотрел на нее так, будто хотел поспорить, но передумал.
— Ты же не знаешь, когда Кел доберется сюда, — сказал он. — Может, это будет через несколько дней. У всех тогда будет время отдохнуть.
Она покачала головой:
