Эта песня замечательна тем, что с исключительной наглядностью сплетает более новые и старые черты. Важнейшим «остатком» от древности является особый синтаксис напева, предрасположенного ко внутренним расширениям и сжатиям. Они показаны в нотной записи. Порою напев, в ходе его многократных повторений в песне, разрастается по продолжительности, его кромки словно бы раздвигаются изнутри. Он раздается в длину за счет эластичной середины, которая растягивается. И тогда какое-то время занимает «кружение» на одном месте, с новыми возвратами только что прозвучавшего момента напева. Оттого напев в состоянии вместить заметно больше, чем прежде, число слогов и слов. А потом он сжимается.
Небольшую песенку «Пойду, молода, пойду, молодёшунькя» пели по дороге в лес за ягодами, за грибами. И — когда донимало пискливое комариное племя. Тут и настроение поднималось хотя бы от простодушных и забавных слов! И конечно, благодаря наслаждению, которое не может не доставить в этой песенке отточенность ее организации, изящество ее стиха и напева.
К шуточным песням нередко вплотную примыкают небывальщины, являющиеся специфическим видом забавы для детей. Равно как и для взрослых людей. Многим хорошо знакомы диковины, о которых говорится в песне-небывальщине «А была я у Ельниковых». Она представляет собой маленькую копилку необыкновенных для крестьянина бытовых обстоятельств, вещей небывалых.
Подобные занимательные сюжетные повороты с малолетства знают пожилые люди самых разных краев и областей России. Очень часто эти же или близкие им слова песенного текста сочетаются с широко распространенным по России напевом плясовой «Камаринская».
Но в селе Илёк Курской области (Беловский район) напев чрезвычайно самобытен, главным образом по ладу и по манере совместного пения.
Напев, здесь помещенный, стремительно и гибко «петляет», охватывая лишь несколько звуков. По шкале высот их отделяют одинаковые промежутки в целый тон. При таком равенстве дистанций между соседними высотами и благодаря исключительно быстрому своему движению напев сопротивляется установлению, одной сколь-либо твердой опоры в ладу. Присущее человеку чувство притяжения, тяготения, спроецированное на лад песни, остается в данном случае не слишком-то определенным. Напевом будто бы размывается привычное ощущение силовых полей, а также причин и следствий. В любой момент картина целого может запросто «перевернуться»!
Это касается не только собственно звуковой картины. Само внутреннее сложение напева невольно совпадает с правилами игры в «опрокинутый» вверх тормашками и «вывернутый» нутром наружу мир. Именно таким предстает перед нами упоительный мир небылиц-небывальщин. Одно несчастье: с возрастом у большинства он тускнеет. У ребят же он исстари отличается волшебной яркостью...
