— Вот уж ничего непонятного не вижу, — хмыкнул Олег. — Я ведь тебе уже говорил: на что мне талисман, когда вокруг и так полно тальменов? Мне вот другое непонятно. Гномы-то на что рассчитывали? Или действительно с ума сошли? Нападать на людей, у которых такой талисман как у тебя — это ж самоубийство! Что, как я понимаю, и произошло — судя по тому, что никаких следов гномов наши исследователи в Поднебесной не обнаружили.
Олег почувствовал, как напряглась принцесса. То есть Та-Эли.
— Что? — спросил он, посмотрев на девушку.
Та-Эли молча смотрела на Олега. Пожалуй, даже с испугом.
— Что? — озабочено повторил Олег, поворачиваясь к ней всем телом. — Что случилось?
— Ничего, — Та-Эли вздохнула. — Просто ты — землянин…
Причем сказано это было с такой интонацией, что и глухой бы забеспокоился. Да еще с соответствующим выражением лица… Можно было подумать, что кто-то только что помер.
— И что? — еще раз спросил Олег. Уже с настоящим беспокойством.
— Извини, — Та-Эли коснулась рукой его плеча. — Действительно ничего… Но ты землянин. Для тебя талисман — это оружие.
Олег несколько секунд подумал, соображая, из чего сделаны такие выводы. В принципе, это было не так уж неправильно. Но…
— Ну, оружие… — сказал Олег. — В том числе. Но не только. Оружием может быть что угодно. В основном же это инструмент. Которым можно делать самые разные вещи. Разве у вас в Подне… Семи Сестрах талисманы не применялись по хозяйству?
— Применялись. Но не в военных действиях. Ведь они предназначены для сохранения живого, а не для уничтожения. Только против созданий Хаоса их можно использовать как разрушители. Это непреложно. Вы, земляне, этого не понимаете, и оттого на Панге все время бушуют такие страшные войны. Ведь и Афтарк, уничтоживший Семь Сестер, был землянином — так?
— Да, он был пришельцем… — медленно произнес Олег, не зная, что сказать: он испытал нечто наподобие шока.
"Вы, земляне, этого не понимаете…"
Талисманы не подчиняются пангийцам. Это был непреложный факт. Куда более непреложный, чем неприменение их в военных действиях. Даже дети тальменов, родившиеся здесь, теряли всякую способность контактировать с этими девайсами. Никто, нигде и никогда не слыхал обратного. А если бы услышал — поднял сказавшего такое на смех.
Невозможно.
Но лежащую рядом с ним девушку Олег мог заподозрить в чем угодно, только не в самозванстве. И не в сумасшествии: повелители талисманов такого ранга сумасшедшими не бывают. Они, случается, бывают глупцами — это да. Но оператора с нарушенной функцией психики талисман просто не примет — он ему не нужен.
— То есть, ты — не землянка? — спросил Олег, одновременно пытаясь сообразить, что это может менять как в талисмановедении вообще, так и буквально вот в этой постели. Но пока у него было слишком мало информации…
— Нет, — Та-Эли помотала головой, отчего ее роскошные спутавшиеся волосы упали ей на лицо. Приподнявшись, она откинула их за спину и легла обратно, пристроившись головой на локоть Олега.
— Но кто же ты? Пришелец… Пришелица… Тьфу!.. В общем — ты с другой планеты? Или из другого параллельного мира? — Олег затаил дыхание, ожидая ответ.
— Нет, — вздохнула Та-Эли. — Я родилась здесь, Сын Земли. И мои предки тоже. Мы всегда жили здесь. Еще до тех времен, когда сошедшая с ума магия изменила облик нашего мира, и в нем появились вы.
Олег почувствовал, что его глаза совершенно самопроизвольно увеличиваются в размерах.
— С тех пор прошло почти две с половиной тысячи лет… — проговорил он.
— Больше… — ответила Та-Эли. — Нынешняя история просто не помнит то, что было раньше Времени Темных Сил, превратившего половину материка в Жгучие Пески. Вы считаете это событие Началом. На самом же деле оно было лишь завершением в длинном ряду катастроф, погубивших нашу планету.
— Ё-о… — сказал Олег. — Сколько же… Сколько ты пролежала в стасисе?
Та-Эли печально взглянула в ответ.
— Меньше, чем ты подумал. Но больше, чем мне хотелось бы… У меня было десять дежурств по году с тех пор, как меня настроили на талисман. И одиннадцать стасисов по шестьдесят девять лет между ними… Нет — последний был дольше… Мне правильно сказали, что сейчас две тысячи триста тридцать пятый год?
— Да… — подтвердил Олег.
— Я должна была проснуться в две тысячи сто шестьдесят третьем. Значит я проспала на сто семьдесят два года дольше обычного…
— В две тысячи сто шестьдесят третьем, — удивленно сказал Олег.
— Да. Но эти почти девятьсот лет ничего не значат. Из них я жила только десять. Сейчас мне двадцать два года по вашему земному счету… Ты это хотел узнать?
— Нет, — сказал Олег, застигнутый вопросом врасплох. — То есть — да… И это тоже. Но ты сказала, что должна была проснуться в сто шестьдесят третьем…(Та-Эли согласно кивнула) Именно в этот год была уничтожена Поднебесная! И потом: какие-то странные у тебя дежурства — почему через шестьдесят девять лет по году? Из чего исходя вы выбрали такой график?
