Корабль оказался маленьким и грязным, и каждый свободный метр занимали перевозимые грузы. За место приходилось платить тяжким трудом. Сейго с утра до ночи что-то мыл, чистил, натирал. Со временем он подружился с нелюдями, отошёл от этих занятий и стал учиться судоходству.
Чайо помогала на кухне. То и дело она ловила на себе пренебрежительные или злые взгляды матросов. Одни видели в ней только пустое место, другие верили, что женщина на судне не к добру.
Выдалась редкая свободная минута, и Чайо и Сейго сели на палубе.
- Мне нравится такая жизнь, - сказал Сейго. – Если не удастся принять участие в борьбе против людей, я бы хотел остаться на корабле.
- Что я слышу? – мужчина, Аскар, проходящий рядом, резко остановился и внимательно уставился на Сейго. – Ты хочешь сражаться против людей?
- Да, - голос Сейго был твёрд и уверен. Все, кто стояли рядом, тут же затихли. – Я не собираюсь играть в прятки всю жизнь. Я хочу жить честно и открыто. Именно люди не дают мне этого.
- Ха, парень, да что ты вообще знаешь? Вы относитесь к нам, как ко второму сорту, потому что у нас нет этих ваших способностей. Считаете, что вам все должны. Да ни хрена мы вам не должны! У нас столько же прав на этот мир. Ещё посмотрим, кто кого.
- Я знаю, что именно люди загнали мой народ в угол. Один раз мы уступили, больше этого не повторится. Мы просто вернём своё.
- Родился в семье богатого папочки и всё, поверил в свою исключительность? Беги-беги на свой паршивый запад, посмотрим, что ты там найдёшь. Знаю я про это ваше сопротивление. Кучка слабаков во главе с афенорским ублюдком. Баба с поварёшкой в руках и та большая угроза.
Сейго вскочил. Чайо попыталась удержать его, но ухватилась за воздух.
- Не надо! – пискнула она.
- Год, два, десять – без разницы сколько, но этот мир снова будет наш. Болтай что хочешь, ты ещё увидишь. Если не сдохнешь где-нибудь в канаве раньше времени.
Вокруг собиралось всё больше зрителей. Между некоторыми людьми и инфернийцами тоже завязался спор, который грозил вот-вот перейти в драку. Чайо прижалась к борту и испуганными глазами глядела по сторонам.
Сейго кивком головы дал Чайо знак идти следом. Он двинулся в сторону, но Аскар подставил ему подножку, и Сейго растянулся на палубе. Он медленно поднялся, вытер рукавом кровь, идущую из носа, глянул на Аскара исподлобья и кинулся на него. Это стало командой, и тут же завязалась общая драка.
Аскар с лёгкостью повалил Сейго и начал удар за ударом наносить по голове, груди и животу.
- Не оставляй это! – закричал Шайт.
Чайо резко подскочила и кинулась к Аскару. Она вскочила на ящик с грузом, оттолкнулась посильнее, запрыгнула на спину обидчика, обхватила его ногами и вцепилась в волосы. Аскар заревел, точно зверь, сделал мощный бросок, и Чайо полетела на палубу, ударилась спиной и застонала.
- Довольно, - голос капитан был спокоен, но суров. Тут же все разбежались по разным сторонам, потирая разбитые кулаки. Сейго кинулся к Чайо и помог подняться.
- Чайка! - раздражённо воскликнул он. – Ну что ты делаешь! Я хочу оберегать тебя, но не смогу, если ты будешь лезть в каждый мой спор. Ты не должна была это делать. Думаешь, я не справился бы?
- Я сама знаю, что должна! – воскликнула девушка и смело посмотрела на брата. Взгляд карих глаз один-в-один напоминал отцовский. Чайо едва выдержала этот взгляд.
Сейго вздохнул и спросил:
- На запад?
- На запад, - Чайо согласилась, но ответ прозвучал неуверенно. Люди и нелюди так легко вступили в драку. Они не хотели искать правых, им было достаточно повода. Война и Огонь разрушили половину континента. Неужели этого мало, нужно завершить начатые разрушения?
А ведь она – феникс и могла бы сыграть важную роль в противостоянии народов. Чайо вздрогнула. Ей самой хотелось совсем другого.
- Будь моя воля, я бы каждого человека задушил собственными руками! – нар Ульм Дерис потряс старым морщинистым кулаком. Чайо уныло подпёрла голову руками. Сколько раз она уже слышала всё это!
Арлия оказалась удивительной и такой разной. Города людей, чем дальше на запад, тем сильнее удивляли своими чудесами. Восток напоминал острова: низкие обветшалые дома, вечные крики, ругань, цоканье погоняемых лошадей, бедность, грязь. Запад был иным. Словно паутиной, его опутывала сеть железных дорог. Между домами ездили паромобили. Они были быстры и сверкали медью и латунью, но от них шёл противный запах, а от дыма слезились глаза. Улицы все как одна были вымощены серой брусчаткой, дома покрывала тёмно-красная черепичная крыша. Вдалеке виднелись трубы фабрик, а в центре – адвокатские конторы, банки, рестораны, магазины со стеклянными витринами.
Чайо хотела узнать этот странный, но очаровавший её мирок. Если бы не Сейго! Он всё твердил, что они – афеноры и им нет места среди людей. Брат предпочитал компанию самых скучных и сварливых стариков – как этот нар Ульм, – лишь бы они были на «правильной» стороне.
