Сперва рожалось с большим трудом. Потом слегка «раскрепостились». В результате получилось нечто вроде:
Товарищ Генерал Армии.
Обращаются к Вам лейтенанты, офицеры ПВО, отдельного зенитного дивизиона, в/ч 81471. Мы служили в Заполярье, в посёлке Печенга. Более полутора лет нам задерживают очередные отпуски. Многие из нас не видели за это время свои семьи. Мы не бывали на солнце, не видели свежих овощей и витаминов. В нашей части также задерживают два срока демобилизации личного состава. Мы обращаемся за помощью, товарищ Генерал Армии.
С благодарностью к Вам.
(И подписи).
К моменту завершения «письма к турецкому султану» мы «расслабились» прилично. Перечитывать было и смешно, и страшновато. Гринька требовал последней фразой сделать: «Заранее благодарим…». Белоус отверг решительно: тогда уж надо добавить – «товарищ Сталин» [80] . Совсем вы тут действительно омудели без витаминов.
– Ага, старичок, и горячей водки «под солнцем юга», – фальшиво пропел пьяненький Гришутка.
– Хорошее прошение, – одобрил Мишутка, – Незатейливое и жалостное. Много дать за такое не должны.
Нести и отправлять пришлось мне. На железную дорожную станцию. С точным обратным адресом на конверте. Заказное. С глубокой просьбой к почтовой блондинке в окошке: никому ни слова! Была моя знакомая. Вроде выполнила.Потянулись дни. Не то, что ожидания, а любопытства какого-то. А какая волна поднимается? И вообще: дойдёт ли писулька?
К концу января возвращаюсь из Заполярного. На «Урале», с бетонными плитами. Для любимого третьего поста. Вечер, темно, лёгкий снежок. Водила притормаживает, поворот налево к нашему «Обвальщику» – в свете прожектора с КПП, в косо летящих снежинках, в парадной шинели, машет ручонками, как ветряная мельница, в одной – бутылка, что-то явно громко орёт, так же явно пошатывается – Гарбузёнок! Без сомнения обращается к нашему «Уралу». Ко мне.
Выскочил. К Гриньке подбежал.
– В штаб! Беги в штаб! Быстрее. Мишка время тянет. Документы выписывает. Всех! Всех в отпуск! Немедленно. Приказ Екишева!
Вечер, шоссе, прожектор, КПП,…
Гринька – посредине. Эта почти сюрреальная картинка у меня перед глазами на всю жизнь. У КПП стоят: Белоус с Лещом. У Гришутки пузырь из-под «Костыля». Спрашиваю у Михи:
– Это что: ещё НЗ?
– Нет. Та же. Пустая. Гришка спирта налил.
– А вот вкус – тот же, – добавляет Лещ, – Удостоверяю.
