– Адрес давай. Раскрывай явку, – Попович даже руку протянул к Белоусу. Ладонью кверху, – Пора отыскать её. Правду-матку.
– Найти ты её не найдёшь, старичок. Цельную и сохранную. Но сам процесс может оказаться интересным, – упражнялся в словоблудии Гринька, – Это и сложно, и просто. Я вам не раз говорил. Как аборт делать: берётся большая вязальная спица…, Гы-гы-гы.
– Это нам всем аборт сделают. Писавшему – в первую очередь, – Малёк очень хотел в отпуск. Больше всех. В девушках своих запутался вконец, – Я, конечно, «за», но сомнения были, есть и будут. В кадрах я ведь думаю остаться. Может, даже к «особистам» ткнусь. А что? Самбо вспомню. Пить, курить уже завязываю. Хотя…, в отпуске бы неплохо поджениться серьёзно. Для анкеты, – Малёк задумался вдруг. Случай – редкий.
– Тебе обязательно надо в письме отметиться в таком разе, – присоветовал ему Лещ, – Особисты тебя проверят, как следоват. Мимо них это прошение не проскользнёт. Просветят со всех сторон. И с распростёртыми.
– Точно, – обрадовался даже я, – Все у тебя будем в «тайных» агентах. У меня никогда не было кликухи. Прошу присвоить: «Графоман».
– Отклоняетесь, – вернул в русло трепотню серьёзный Мишутка, – Тёзка, куда и взаправду им апеллировать? Мне-то в отпуск ещё рановато. Терпит до лета.
Мишаня гордо выпучился к потолку, в дальний угол:
– «Графоман», такую-растакую, записывай: «Москва. Главное Политическое управление Вооружённых Сил СССР. Генералу армии товарищу Епишеву. (Лично)». Точно, дословно. И только так, – помолчал, спуская пар экстаза, закончил с огромным сожалением: – Эх, отпуск уже прогулял. А как бы смотрелся в такой петиции!
ПНШ одобрил сдержанно:
– Грамотное предложение. И по уставу всё «тип-топ» выходит. А откуда отправлять надлежит?
Белоус вернулся на землю. Продолжая грустить, указал:
– Сугубо с гражданской почты. Не из Печенги. С Мурманска, с Заполярного…
Малёк засуетился:
– Эх, а мне ведь в Печенгу надо. В военторг. Совсем забыл.
Гарбузёнок заржал:
– Тебя бы не стали и «светить». Не ссы. Не резидентово это дело. С конвертами бегать.
– Ладно. Белый Ус, диктуй. «Графоман», будешь писать? Ты уж свеченный – пересвеченный. Терять нечего, – подвёл черту поручик наш, Попов. Борис.
