Она посмотрела на ночной столик. Там лежали три пустых пакетика. Три раза он доказывал ей, как совершенно они подходят друг другу… во всяком случае, физически. Но Саманта чувствовала к нему нечто большее, чем просто физическое влечение. Интересно, а что чувствует к ней Джейс?
— Ты уже проснулась? — раздался его хриплый со сна голос.
— Да. Недавно. — Саманта спала недолго, но чувствовала себя полностью отдохнувшей. — Стало холодно, и я добавила дров в камин.
— Иди сюда, я тебя согрею, — прошептал он ей в ухо и нежно провел по голой спине, пока не нашел округлости ягодиц, крепко сжав их.
Дрожь пробежала по ее телу. Она запустила пальцы в его спутанные со сна волосы и поцеловала в губы.
Джейс медленно, с расстановкой произнес:
— Прошлая ночь была очень важна для меня. Спасибо, что ты сделала ее такой необыкновенной. — Он заглянул ей в глаза, пытаясь угадать, что в них. И увидел теплоту и искренность. Он откинул с ее лица волосы и обхватил ладонью подбородок. — Ты знаешь, я ведь было позабыл, как это делается…
Не важно, что он жил на ранчо, а не в городе. Женщины были и здесь, но они его не интересовали. До тех пор, пока он не встретил Саманту.
— После смерти жены четыре года у меня никого не было. Я…
Она остановила его, приложив палец к его губам. Похоже, что они подошли к главному… А Саманта не знала, готова ли она принимать решение об этом главном… Она попробовала уклониться от неизбежного:
— По-моему, это как велосипед. Если уж научился ездить, никогда не забудешь.
Джейс долго изучал ее, сосредоточенно нахмурив брови. Наконец спросил прямо:
— Ну и что теперь?
— Что «что теперь»? — Она тянула время.
— Я имею в виду, когда ты уедешь. Когда вернешься домой. — Даже произнося эти слова, он чувствовал боль. Но надо принимать реальность такой, какова она есть. Буран кончится, и она уедет.
Саманта медлила с ответом.
— Джейс! — донесся из коридора голос Бена. — Ты проснулся? — Голос приближался.
— Да, Бен, — откликнулся Джейс, надеясь задержать его, пока тот не подошел к спальне. — Подожди там.
Джейс быстро оделся и наклонился к Саманте.
— Прости, что ухожу. Наверно, там что-то еще случилось. — Он нежно поцеловал ее в губы. — Тебе нет смысла вставать так рано. Полежи и попробуй уснуть.
Он еще раз, но коротко, поцеловал ее в губы и наконец вышел из спальни.
— Ну, что там? — спросил Джейс своего помощника. — Электрогенератор отказал, да? — Он снял с вешалки шапку и пальто.
— Венс пытался запустить генератор, но ничего не выходит. Когда он несколько дней назад проверял его, вроде бы все было в порядке. А теперь… — Бен открыл дверь и вышел, Джейс за ним. — Мы перенесли только что вылупившихся цыплят и инкубатор с яйцами в общежитие, — добавил Бен на ходу, они сразу направились к генератору.
Завернувшись в одеяло, Саманта стояла у окна спальни Джейса. Она видела, как в свете раннего утра двое мужчин пересекли двор. В воздухе вился снег. Но похоже, что это ветер сдувал его с крыш и поднимал с земли к небу. Снегопад вроде бы прекратился. Она потуже завернулась в одеяло и отошла от окна.
Ее соблазняло желание забраться в теплую постель Джейса и спрятаться под одеялами, но в голове застучало главное: способна ли она остаться здесь не только на это утро, а навсегда? Она быстро прогнала эту мысль как совершенно нереальную и нелогичную. Но мысль все настойчивей требовала ответа. Надо чем-то отвлечься, решила Саманта.
Она с облегчением обнаружила, что, хотя отопление и отключилось, в ванной еще есть горячая вода. Приняв душ и одевшись, она бесцельно бродила по дому, то и дело возвращаясь в одно и то же место — в спальню Джейса Тремейна. Теплое чувство счастливого удовлетворения все еще висело в воздухе. И когда она потрогала смятые простыни, то ощутила его в себе. Саманта окинула критическим взглядом спальню. Первый раз она по-настоящему изучала отражение его личности на вещах в спальне.
У нее осталось впечатление, что Джейс — трудолюбивый, волевой, искренний, уверенный в себе человек. И не обделен ни чувством юмора, ни любовью к развлечениям. Она вспомнила, как они весело кидались снежками. Такие моменты в ее жизни можно перечесть на пальцах.
Глаза у нее засверкали, когда она заметила три открытых пакетика на ночном столике. Саманта собрала их и бросила в мусорное ведро. А целые упаковки положила в ящик ночного столика. Это была волшебная ночь. Самая волшебная из всех проведенных ею ночей. Он угадывал любую фантазию, какая мелькала у нее в голове, и любил ее так, как можно только мечтать.
Саманта всегда держала все стороны своей жизни под контролем. Но в последние несколько месяцев у нее возникло впечатление, что клубок распускается сам собой. И она не знала, как его остановить. Ее внезапная поездка к Джерри Кенсингтону тоже была попыткой расставить все по местам.
