Меган серьезно оступилась, когда не смогла получить ответную любовь от Уила. Осознание, что Уильям никогда не ответит на ее чувства, буквально уничтожило ее всю — здравый рассудок, доброе сердце, внутренний голос совести, вывернула наизнанку всю горящую в муках душу. От захлестнувшегося отчаяния она совершила большую ошибку, рассказав Джексону о моем местоположении. Меган захотела все исправить, когда голос разума все же снес ее желание отомстить Уильяму за себя и отца, которого он посадил за решетку. Поэтому она пришла, чтобы спасти меня. Но вот только Джексон совершенно беспощадный, а она, увы, об этом не знала.
Мне до глубины души и до боли в сердце жаль доктора Адана, который сейчас потерял весь смысл своей жизни. Дело, к которому он горел, оказалась деятельностью, которая убивала людей, а его дочь потерялась в чувствах, которые свели ее с ума, поскольку она не справилась с жестокой стороной любви и она, в свою очередь, подвела ее к гибели.
Уильям, по просьбе доктора, устроил церемонию похорон, хотя до сих пор был очень зол на нее. Но он не смог проигнорировать последнюю волю доктора Адана, которую он озвучил на заседании суда. Я надеюсь, что со временем он сможет простить ее роковую ошибку. Так же, как и я.
Уильям даже смог найти и убедить прилететь моего первого психотерапевта — Маргарет Вульф. Когда я увидела ее, то смогла вспомнить. Она дала показания под присягой и дождалась суда над Джексоном в Чикаго. Именно она помогала мне справиться упорядочить свои эмоции и мысли, которые находились в беспорядочном положении после всех ужасающих событий. Она помогла привести мое душевное состояние в нужное русло и поспособствовала тому, чтобы я перестала думать о жизни с Джексоном и о его гнусных поступках, повлекшие за собой мои страдания.
Когда против Джексона накопилось достаточно компромата, ему уже не было смысла бороться и попытаться выйти на свободу. Он подписал чистосердечное признание, где признал и убийство моих родителей.
Уильям как-то вернулся домой и с неохотой протянул мне сложенный лист бумаги. Он молчал, наблюдая за тем, как я читаю короткое послание от Джексона.
Тогда я была в не себя от ярости. Джексон обманул меня, сказав, что мои родители похоронены в Берлине. Я пришла к пустой и холодной земле, считая, что там моя семья. За этот гнусный обман я готова была снова плюнуть ему в лицо. Желание было настолько велико, что я потребовала у Уила отвезти меня в отдел и устроить встречу с Джексоном. За что он накричал на меня, запрещая даже думать об этом безумии.
Когда я успокоилась, то поняла восставшую из пепла агрессию Уильяма на меня. Чтобы сохранить свое душевное равновесие, я больше никогда в жизни не должна сталкиваться с Джексоном, поскольку один его вид — это посыл к моим мукам.
День заседании суда. И мне необходимо там быть. Как бы Уильям не старался не втягивать меня в процесс — этого потребовал прокурор, поскольку я самый главный свидетель. Так или иначе, Джексона мне придется видеть. Сидеть с ним в одном помещении и давать против него показания под его убийственный взгляд. Радует одно, что я буду видеть его, сидящего за решеткой.
— Вы подтверждаете, что подсудимый Джексон Райт на протяжении пяти лет покушался на Вашу жизнь? — спрашивает у меня судья низким деловитым голосом.
Я стою перед трибуной для дачи показаний, ковыряя ногти, что доказывает мою нервозность. Учитывая мое состояние, меня не мучили долгими вопросами. Даже прокурор был лояльным, несмотря на его злостное выражение лица.
Я посмотрела на Джексона. Его вид стал более ожесточенным. Он сверил меня своими дьявольскими черными глазами, готовый убить. В его голове сейчас сидит убеждение, что это по моей вине его жизнь разрушена. Хотя это еще один человек, который не смог справиться с отказом на его чувства.
— Подтверждаю, — отвечаю я суду, отнимая взгляд от Джексона.
Этот ответ — мое полное спасение от него.
Судья бьет молотком.
— Показания приняты.
Я быстрым шагом начала идти к выходу из зала, услышав вслед сотрясающий мое сердце смертоубийственный, враждебный голос Джексона:
— Я стану твоим кошмаром!
Я захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной, судорожно выдохнув. Ко мне тут же подбежали Уильям, Виви и Майкл. Уил обнял меня, прижимая к себе.
— Все закончилось. Ему дадут пожизненное заключение.
Я уткнулась носом в его грудь, крепко обнимая в ответ. Моя жизнь…Мое все.
Через неделю после заседания суда меня к себе вызвал нотариус.
— Мисс Коллинз, в Ваших руках сейчас огромное состояние. Взгляните.
Мужчина передал мне документ, на котором я увидела сумму. Мои глаза расширились от шока. Я о таких деньгах даже не думала никогда.
— Это состояние Вашего отца, которое отходит по праву Вам. Вся сумма находится в банке Нью-Йорка. Именно туда внес весь вклад Ваш бывший муж.
— Не называй его так! — огрызнулся Уильям, стоящий перед окном и ожидающий конца этой аудиенции с нотариусом.
