Мы сидели на стволе сломленного дерева под густой пожелтевшей кроной другого, стоящего совсем рядом. Болтая обо всем на свете, мы как-то плавно перешли к теме прошлых отношений, и я, наконец, задала вопрос, который мучил меня долгое время.
— А почему ты не встречалась с девушками? – спросила я, разглядывая пожухлую траву под ногами.
— Я не говорила, что не встречалась с ними, — спустя секундную заминку, ответила девушка, болтая ногами – Богатыревой не хватало роста, чтобы достать ими до земли.
— Но ты говорила, что те, с кем ты жила, были мужчинами, — напомнила я ей.
— Да, но мы же говорили о тех, с кем я жила, а не была в отношениях, — усмехнулась Богатырева. – В моей профессии, скажу я тебе, очень много девушек нетрадиционной ориентации. Больше, чем я даже могла предположить.
— Вот как? – хмыкнула я, припоминая, что когда-то у меня была яркая, но мимолетная связь с одной милой медсестрой. Замужней медсестрой. – Интересно.
— Конечно, никто об этом не кричит в громкоговоритель, но… Что есть, то есть, — пожала она плечами.
Я задумалась, невольно задаваясь вопросом, сколько же было в ее жизни женщин. Она красивая, интересная, яркая. И если верить ее словам про то, что в медицине много девушек нетрадиционной ориентации, то смею предположить, что немало. Мне не понравилась эта мысль и я тряхнула головой, чтобы избавиться от нее, как от досаждающей мухи.
— Так ты… бисексуалка? – снова заговорила я после небольшой паузы.
— Знаешь, я не хочу себя как-то идентифицировать. Я – это просто я, — призналась Богатырева, глядя на спокойную, несмотря на ветер, водную гладь.
— Хорошо сказала, — улыбнулась я и перевела взгляд с нее на ствол дерева, на котором мы сидели. – О, у нас гости, — усмехнувшись, я подвинула палец к красивому жучку, ползущему в мою сторону.
Это был блестящий маленький жук, светлячок или что-то в этом роде. Не скажу, что я любитель насекомых, но светлячков я не боюсь. Но вот Богатырева была иного мнения о них. Потому что, увидев жука, она тут же спрыгнула с дерева и отошла на несколько шагов.
— У-убери его… — заикаясь, пробормотала она и сделала еще один шаг назад. – Пожалуйста.
Я рассмеялась, умиляясь ее напуганному виду.
— Ты можешь залезть в кишки человека и не поморщиться, но боишься маленького жучка? – продолжая смеяться, я тоже слезла с дерева. – Смотри, какой он милый.
Я сделала шаг по направлению к Богатыревой, но она выставила руку вперед и предупреждающим голосом проговорила:
— Лера, даже не думай. Не подходи ко мне с этой тварью в руках!
Я нахмурилась и показательно цокнула языком.
— Нельзя так говорить об этой крошке. Он просто хочет немного с тобой пообщаться. Он не укусит, — я снова сделала шаг вперед, пытаясь сдержать смех, рвущийся наружу. Богатырева завизжала и спряталась за толстый ствол дерева, под кроной которого мы сидели до этого.
— Ну, Лесь, иди сюда, — смеясь, я обошла дерево с другой стороны.
— Отвали, Мишина! Не подходи ко мне, я прошу тебя! Ну будь ты человеком! – Богатырева выставила обе руки вперед, словно обороняясь.
— Ладно, но тебе придется кое-что сделать для этого, — я хитро посмотрела на нее и убрала назад руку со светлячком. И незаметно для нее сбросила насекомое вниз.
— Что? – прищурилась она, но продолжила внимательно следить за моими руками. – Что тебе нужно?
— Поцелуй, — ухмыльнулась я, подходя к ней.
— Ладно, — решительно кивнула Богатырева и, сделав шаг вперед, быстро «клюнула» меня в щеку. – Все, выбрасывай эту гадость.
— Ну, не-е-ет, — протянула я, качая головой. – Мы что, в детском саду? Нормальный, взрослый поцелуй.
Богатырева наклонила голову и посмотрела на меня с подозрением и еле заметной улыбкой на губах.
— А ты умеешь добиваться своего, да? – усмехнулась она.
— Как правило, — согласно кивнула я и растянула губы в широкой ухмылке, когда лицо девушки оказалось напротив моего.
В следующую секунду я почувствовала ее мягкие и нежные губы на своих. Забыв обо всем на свете, я развернула ее за талию, пока спина Богатыревой не уперлась в ствол дерева. Тогда я углубила поцелуй, прижимаясь к ней теснее.
В момент, когда мои руки уже были готовы пробраться под ее свитер, мы услышали Иркин голос, и отпрянули друг от друга.
— Ле-е-ера! Олеся! Обед готов!
Я сглотнула и посмотрела на раскрасневшуюся Богатыреву.
— Она нас не видела, — шепнула я девушке, чтобы успокоить. Та кивнула в ответ и тоже сглотнула.
Я вышла из-за дерева и прошла вперед прогулочным шагом, когда увидела на дорожке Ирку.
— Привет, мамочка! – смеясь, ответила я, затылком чувствуя, что Богатырева двигается следом. – Мы нашли беличье гнездо! Хочешь посмотреть?
Ирка побледнела и замотала головой.
— Нет, спасибо. Пойдемте есть, — она махнула рукой и развернулась в сторону дома.
Богатырева поравнялась со мной и тихо спросила:
— А если бы она захотела посмотреть? Ты бы успела выгрызть беличье дупло в стволе?
— Ирка? – хмыкнула я. – Она трусиха. Как и ты, — когда Богатырева стукнула меня в плечо, я рассмеялась. – Ты боишься жуков, а она белок.
— Ты у нас, я смотрю, ничего не боишься, — проворчала Богатырева.
