Конечно, я наотрез отказывалась. Отказывалась почти три часа подряд, пока Ирка не напомнила, как ходила со мной продавать на рынок картошку, когда я ее об этом попросила. В итоге, чертыхаясь и проклиная обеих Сорокиных вместе с Иркой, я согласилась. Подруга заверила, что предупредила Дашу обо мне и она оказалась не против. К тому же там собиралась целая куча людей, а не только их компашка. Подумав, что в толпе я вполне смогу укрыться где-нибудь подальше от этой стаи, я согласилась.
***
Родители Сорокиных сняли целое кафе для дня рождения любимых дочурок. И конечно, кто-то умудрился протащить алкоголь, так что тусовка обещала быть запоминающейся. Когда мы только пришли, Даша тут же оказалась около нас и обняла Ирку. Мне же достался лишь вежливый кивок. Основная проблема в отношениях у меня была с Машей. Дашу я еще могла выносить какое-то время.
— С днем рождения! — весело проорала Ирка, перекрикивая громкую музыку, что уже звучала на все кафе. — Это тебе и Маше от нас с Леркой! — подруга сунула подарочный пакет с какими-то сертификатами. Лично я не скидывалась на подарок. Во-первых, у меня не было денег, во-вторых, делать мне больше нечего, как тратиться на этих куриц.
— Спасибо, дорогая, — Сорокина еще раз обняла Ирку и добавила, — проходите на любые свободные места. Посидим и потом будем играть, — проговорив это, она обернулась — ее кто-то окликнул. — Извините, мне надо отойти. Отдыхайте, девочки, расслабляйтесь, — она подмигнула и тут же убежала куда-то в другой конец помещения.
— Играть? — переспросила я у Ирки. — Во что эти придурки играют?
Мы направились к столику, стоящему почти в самом углу.
— Не знаю, — пожала плечами Ирка, — может… «бутылочка» или что-то такое…
— Че?! — я вытаращилась на подругу. — Так, я домой.
— Стоять! — тут же схватила меня за руку Ирка. — Ты остаешься. Тебя же никто не заставляет играть.
— Зачем я вообще согласилась, — пробормотала я, усаживаясь на стул, в то время как Ирка решила остаться на ногах и стала даже пританцовывать в такт музыке, раскачивая бедрами возле столика, что мы заняли.
Мои мучения длились почти час. За это время к нам подошла Богатырева со своим псом, с улыбкой поприветствовала Ирку и еле заметно кивнула мне, бросив лишь мимолетный взгляд. Наверное, все еще дулась на меня из-за того, как я простебала ее на биологии, когда мы говорили о паразитах и гельминтах.
Я даже не кивнула в ответ — сделала вид, что жутко увлечена разглядыванием заусеницы. Чернов же, к моему удивлению, просто молча стоял рядом, пока Ирка с Богатыревой обменивались любезностями по поводу их нарядов. Ну, «кукушка хвалит петуха» и все в таком духе. Когда Богатырева с Черновым вернулись к своей компании, я посмотрела на Ирку и с надеждой в голосе спросила:
— Я могу пойти домой? Ты вроде уже нормально себя чувствуешь, даже пива вон уже второй стакан высасываешь, зачем я тебе тут?
Ирка подвинула стакан и уставилась мне в глаза.
— Ты что, шутишь? Я без тебя буду чувствовать себя некомфортно. Ты — моя поддержка и опора, к тому же… — Ирка замолчала и уставилась куда-то в другой конец помещения. Я нахмурилась и перевела взгляд туда же. Со стороны входа к компашке Богатыревой направлялись двое — Ринат, по которому беззастенчиво сохла Ирка, и какая-то высокая девица, явно старше нас.
— Кто это? — спросила я, продолжая провожать парочку взглядом.
— Его новая подруга, я полагаю, — вздохнула Ирка, даже не пытаясь скрыть разочарования в голосе. — Даша что-то говорила о том, что он с кем-то встречается.
— Боже, — я выдохнула, покачав головой. — Ир, ну нахрена он тебе? Сейчас у парней только одно в голове, ты же знаешь, — попыталась я успокоить подругу.
— Знаю, — грустно улыбнулась Ирка, продолжая смотреть на объект своей влюбленности. — Все нормально, — она встряхнула головой и перевела взгляд на меня. — Просто… Он мне очень нравится. Хотя я понимаю, что мне ничего не светит там. Кто он и кто я…
— В смысле «кто он»? — возмутилась я. — Ты намного лучше его. Ты лучше их всех, Ир, — я положила ладонь на руку подруги, глядя ей в глаза. — Никто из этой компашки даже твоего носового платка не достоин, — улыбнулась я.
Ирка только собралась сказать мне что-то в ответ, как рядом снова появились Чернов и Богатырева.
— Че, Мишина, предложение руки и сердца делаешь? — заржал парень, глядя на наши сцепленные руки.
— Чернов, иди обратно в свой холерный барак или откуда ты там вылез, — поморщилась я.
— Простите, что помешал вашей лесбийской драме, — снова засмеялся он. — Эх, Ирка, а я-то надеялся, что ты одумаешься и бросишь эту лесбуху… — покачал он головой, словно действительно был расстроен.
Честно сказать, я и от Богатыревой ждала какого-то язвительного комментария, но она почему-то молчала. Только смотрела на наши руки, не отрываясь.
