Я только открыла рот, чтобы что-то сказать, как-то замять затянувшуюся паузу, как Богатырева сделала это первой.
— Ты очень дружна с Ирой и ее дочкой, — сказала она, как бы между прочим.
— Да, — согласилась я. – С тех пор, как из ее жизни свалил этот козел, мы с Лехой старались делать все, чтобы ни Ирка, ни ее дочь ни в чем не нуждались.
— Они для тебя очень важны… — проговорила Богатырева.
– Они моя семья. И я сделаю все для них.
— Им повезло иметь такого друга, — улыбнулась девушка и задумчиво замолчала.
— Надеюсь, — пробормотала я и больше не пыталась разговорить девушку.
Остаток пути мы проделали в тишине.
Глава 25
Я сидела в комнате отдыха во время обеденного перерыва, глупо улыбаясь, пока говорила по телефону с Иркой.
— И что, он даже не поцеловал тебя на прощание? – ухмыляясь, спросила я, выслушав историю подруги о том, как они с Ринатом и Сашкой сходили на выставку авто-роботов.
— Лера! – Ирка приглушенно зашипела в трубку. – Мы друзья, мы просто хорошо провели время!
— И ты даже не хотела, чтобы его слегка колючая щетина елозила по твоему милому личику? – продолжила издеваться я.
— Я сейчас положу трубку и больше никогда не буду с тобой разговаривать! – сердито проворчала Ирка в ответ.
— Ладно-ладно, — подняла я ладонь, сдаваясь, будто Ирка могла это видеть. – Значит, время еще просто не пришло.
— А ты елозила своей щетиной по милому личику Олеси? – ехидно проговорила подруга, чем вогнала меня в краску.
— А я-то тут при чем? – я старалась говорить, как можно спокойнее и тщательно следила за интонацией. – И, кстати, у меня нет щетины. У девушек нет волос на лице, и это одна из причин, почему я предпочитаю женщин.
— А то я не видела, как вы друг на друга поглядываете! – фыркнула подруга, не обращая никакого внимания на мои остальные слова.
— И как же мы друг на друга поглядываем?
— Будто так и ждете момента, чтобы остаться вдвоем и начать делать всякие непристойные вещи!
— Ты серьезно? – подняла я бровь. Неужели Богатырева и правда так на меня смотрит? На душе сразу потеплело.
— Ладно, это ты на нее так смотришь. Но все равно, — пробормотала подруга. На душе сразу похолодало.
— Ты стерва, — фыркнула я, вздохнув.
— Ты думала об этом? – уже серьезнее спросила Ирка, и в трубке что-то зашуршало.
— О всяких непристойных вещах?
— Да.
— Нет, — соврала я. – Но… Трудно спорить, что она непривлекательна.
— Это да. И мне кажется, ты врешь, — проговорила Ирка. – Я считаю, ты думаешь об этом.
— А я считаю, что ты просто переводишь тему, чтобы я не докапывала тебя с Ринатом. Но твоя попытка провалилась, — усмехнулась я.
— Лер, он мне нравится, это правда, – вздохнула Ирка. – Но либо это не взаимно, либо он очень нерешительный.
— Просто не думай об этом, — попыталась я успокоить подругу. – Наслаждайся вашим общением. Если это к чему-то приведет – замечательно, нет – так тому и быть.
— Я все это понимаю, — снова вздохнула она. – Ладно, поживем — увидим. Слушай, мне к директору надо сейчас…
— Окей, позвоню тебе позже, — кивнула я, понимая ее намек.
Сидя на старом потрепанном диване, я крутила в руках телефон, размышляя. Неужели я и правда так смотрю на Богатыреву? Конечно, я не могла забыть тот свой жутко реалистичный сон, но неужто и наяву я выгляжу также? Интересно, а сама Богатырева это замечает?
Я надеялась, что нет. Иначе мне было бы очень неловко.
Вздохнув, я поднялась с дивана и направилась обратно в боксы.
***
Почти весь понедельник я думала о Богатыревой. На самом деле, я о многом думала. О себе, точнее, о прошлой себе. О нынешней. О Ксении, которая последний год была непрерывно в моей жизни, но так и не заняла в ней того места, которое в свое время отвоевала себе Богатырева и, кажется, умудрилась сохранить его до сих пор. Об Ирке с Ринатом, о Сашке. О всех людях, которые были в моей жизни или вернулись в нее.
То, что у нас было с Богатыревой – не повторялось у меня больше никогда. Да, я заводила отношения, строила их, но никто так и не смог приблизиться настолько, как она. Стать самой частью меня, неотъемлемой, настоящей, неразрывной. Никто не пробирался внутрь так, как удалось когда-то ей. И пусть прошло уже чертовых тринадцать лет, она все еще была важна для меня.
Можно жить с воспоминаниями, можно их даже как-то структурировать или изменять – ведь с течением времени все меняется. Но никуда от них не деться. Я не могла отрицать того факта, что она играла в моей жизни важную роль, и продолжает играть ее до сих пор. И только встретившись лицом к лицу со своим прошлым, я поняла, что по факту «прошлым» оно так и не стало. Оно осталось настоящим. Где-то внутри, на подсознательном уровне, где-то в душе Богатырева так и осталась частью меня. Оставалось понять, имеет ли наше «настоящее прошлое» какое-то значение для нее самой.
***
Во вторник утром я, собравшись с силами, написала-таки Богатыревой. Пригласила ее в кинотеатр на показ «Титаника» в 3D. Я верю в совпадения, но рекламное объявление, выскочившее в телефоне с анонсом фильма, я посчитала знаком судьбы.
