Руки уже устали, но я продолжала стискивать спасительный «клык», повиснув на нем. И когда вновь послышались шаги, я уже держалась на чистом упрямстве. Жить хотелось неимоверно. Свет ударил по глазам, и я опустила голову вниз. Сказать, что мне повезло, ничего не сказать. Склон, по которому я катилась, обрывался метра через три, а дальше была яма, на дне которой как раз и обнаружились ржавые металлические колья. Скелет там, кстати, тоже имелся. Глубина ямы была не меньше метров десяти, так что выжить мне не грозило и без кольев.
- Лиза, - я подняла голову, Лаитерро уже почти добрался до меня. – Сейчас, маленькая, только не отпускай руки, - приговаривал он, спускаясь по каменному склону, пояс его был обвязан веревкой. Спустившись на мою высоту, он перехватил меня за талию и крикнул: - Кидай!
Сверху прилетела вторая веревка, ученый уперся ногами в склон, перехватил свободный конец и обвязал вокруг меня.
- Сейчас вытянут, - голос аривейца слегка подрагивал. – Не бойся. Уже все позади.
Я на мгновение уткнулась ему в плечо, после выпустила уступ из трясущихся от напряжения и страха рук, и тут же ощутила, что переговорник впился углом мне в ладонь. Неожиданно мозг заработал в ином режиме, словно не было ни истерики, ни паники, ни падения. Спокойствие, охватившее меня, казалось неестественным, но сыграло на руку. Переговорник вернулся в карман, я уцепилась за веревку, готовая к подъему, и Лаитерро снова крикнул:
- Поднимай!
Подозрения, что там Гротер оказались беспочвенными. Стражи-роботы слаженно вытянули нас с ученым, забрали веревки и повели на выход. Вот теперь на меня накатила закономерная апатия и усталость. Я покачнулась и оперлась на руку Лаитерро. Заметив мою слабость, он поднял меня на руки и шепнул, потеревшись кончиком носа о висок:
- Ты меня безумно напугала.
Я обняла его за шею и тихо ответила:
- Спасибо, Адам, - после коснулась губами щеки.
Он помолчал, но вскоре заговорил снова, невесело усмехнувшись:
- Знаешь, а мы почти повторили историю Ирато и его возлюбленной. Она ведь тоже сумела вернуться в лабиринт ходов. Только когда орайо нашел ее, она уже была мертва, попала в одну из таких вот ловушек.
- А ее муж? – машинально спросила я.
- Муж? Мужа больше никто не видел, а может, он просто стал неинтересен летописцам без своей жены. О нем нет никакой информации, она обрывается вместе со стеной, закрывшей ему проход. Вот такой печальный конец у этой истории. Кстати, Ирато после смерти женщины недолго оставался на троне. Одни источники говорят, что он обезумел, блуждая по лабиринту и призывая свою единственную возлюбленную. Другие говорит, что он наглотался яда после того, как ее тело подняли из ловушки. Сколько в этой истории правды, а сколько романтичного вымысла, доподлинно неизвестно, но факт остается фактом, в его усыпальнице стоят два саркофага, и в одном из них лежит женское тело. На крышке нет имени, только слова: «Здесь спит мое сердце». Возможно, их любовь была взаимной, и Ирато познал счастье в объятьях любимой женщины, кто теперь скажет точно…
- Здесь спит мое сердце, - повторила я. – Красиво. Адам, - он вопросительно посмотрел на меня: - Не будем рассказывать Эрику, что произошло. Он расстроится и… Мне не хочется, чтобы он вышел из себя.
- Я могу за себя постоять, - улыбнулся Лаитерро.
- И все-таки не скажем…
- О чем? – Гротер появился так неожиданно, что растерянность появилась не только на моем лице.
- Эрик, - больше с досадой, чем с удивлением, произнес ученый.
- Что случилось? Ты плакала? Руки ободраны. Ноги тоже, - осмотр оказался стремительным и точным. – Ты упала?
- Моя вина, не доглядел, - отозвался Лаитерро, продолжая удерживать меня.
- Нет, всему виной моя безалаберность и рассеянность, - встряла я. – Адам, не защищайте меня. Если уж я клуша, то ею и останусь. Эрик.
Я перекочевал с рук одного аривейца к другому.
- Не ругайся с Адамом, он ни в чем не виноват. Он предупреждал, а я не послушалась.
- Что произошло? – повторил вопрос мой напарник.
- Оступилась и слетела со ступеней. Испугалась, ударилась и расплакалась, - ворчливо ответила я, скользнув взглядом по Лаитерро. Он тоже решил не рассказывать про ловушку. Впрочем, я расскажу, когда мы с Гротером останемся одни. Но для ученого «муж» может затеять скандал, поэтому мы становимся заговорщиками, которые скрывают общую тайну. Хотя мы и без тайн сегодня сблизились за целый месяц вперед.
- Мы возвращаемся домой, - сказал напарник тоном, не терпящим возражений. – И скажите спасибо, что я не припоминаю вам вашей проделки, Адам. Но доверия вам больше нет.
- Мне просто хотелось развлечь вас, - Лаитерро выглядел по-настоящему виноватым.
- Развлекли, - буркнул Гротер. – Меня трясет от злости, а моя жена перепуганная, ободранная, заплаканная. Отличная вышла прогулка.
- Мне здесь понравилось…
- Молчи, - рявкнул «муженек».
- Не надо с ней так грубо… - начал Лаитерро.
- Мы с женой разберемся сами, - отчеканил Гротер. – Уходим отсюда. Хватит, повеселились. И не уверен, что мы еще захотим с вами встретиться.
- Эрик! – воскликнула я.
- Я всё сказал.
