— Похоже, нам достался крупный выигрыш! — объявил проводник. — Уверен, это один из томов личного дневника Жозефа!
— Я была права! — ликующе провозгласила Серван. — Права!
Венсан вытряхнул содержимое мешка на пол; они насчитали двенадцать тетрадей.
— Читать не перечитать!
Внезапно они услышали шум приближавшегося автомобиля.
— А я думала, что здесь никого нет, — прошептала Серван.
— Возможно, просто любители уединенных прогулок! Сложим все в машину и почитаем дома…
Они спешно затолкали тетради в мешок и спустились на первый этаж. Вылезли в окно, и Венсан огляделся. Вдалеке на берегу реки устроилась перекусить молодая парочка. Он вернулся к Серван; она уже заняла место на пассажирском сиденье.
— Все в порядке, — сказал он. — Они далеко, и они не местные…
Исполненные новой надежды, они выехали из деревни-призрака.
— Сколько мы всего узнаем! — высказала Серван одолевавшую ее мысль. — Если кюре записывал все, что ему рассказывали на исповеди, мы узнаем все и обо всех!
— Мы будем читать только то, что нас интересует.
— Для этого придется просмотреть все…
— Тебя это беспокоит? — удивился он.
— Понимаешь, тайна исповеди священна…
— Только если ты веришь в Бога! — ответил он с легкой насмешливой улыбкой. — В тот раз я видел, как ты, войдя в церковь, перекрестилась… А потом тебе очень не понравилось, когда я захотел
— И что такого? Моя вера в Бога создает тебе проблемы?
— Никаких проблем! Свободомыслие — это святое! Как и тайна исповеди!
— Ты ведь смеешься надо мной, правда?
— Скажем, я никогда не мог понять, как можно наивно верить во всю эту чушь! Но утешься, таких, как ты, очень много! Самая большая секта в мире!
Серван нахмурилась.
— Я тебя обидел? — спросил через несколько секунд Венсан.
— Оставь меня в покое!
— О да, я тебя обидел…
— Нетерпимый! — вырвалось у нее.
— Это я нетерпимый? Что ж, не самое худшее! Ладно, довольно дуться, бригадир! Мне все равно, веришь ты в Бога или нет! Уверяю тебя…
Она пожала плечами, а он улыбнулся. Достал из бардачка солнцезащитные очки: от белой щебенки, усыпавшей дорогу, слепило глаза.
— Черт! — внезапно воскликнул он.
— Что?
— Не знаю… У меня такое впечатление, что с рулевым управлением творится что-то странное…
Завидев впереди крутой поворот, он нажал на педаль тормоза, но внедорожник продолжал скользить по камням.
— Поворачивай! — закричала Серван.
— Не могу! Машина не слушается!.. Держись!
Автомобиль упорно двигался прямо, отвергая все попытки Венсана остановить его. И упал в овраг.
Падение в ад.
Венсан вцепился в ставший бесполезным руль; Серван кричала от страха. Все произошло очень быстро, но обоим падение показалось вечностью. Ничто не могло остановить машину, ставшую орудием смерти. Ни деревья, ни камни. Пока она не врезалась носом в землю и не опрокинулась, словно корабль в бурю.
И в жутком круговороте крики сменились мертвой тишиной.
Один, два, три переворота. Сильнейший удар о купу деревьев.
Венсан прикрепил пластырь на висок Серван, и та поморщилась от боли.
— Вот, теперь все, — произнес он.
— Спасибо.
Закурив, она машинально ощупала царапину.
— Возьмем твою машину, чтобы добраться до Анколи, — решил Венсан.
— Здесь, рядом с жандармерией, мы будем в большей безопасности.
— Возможно… Но нам надо прошерстить прозу Жозефа, а здесь, честно говоря, мне не по себе.
— Как хочешь.
Она посмотрела на часы: три часа пополудни.
Они чудом остались невредимы, не считая пореза на правом виске Серван и глубокой резаной раны на левой руке Венсана. И целого букета царапин и синяков у обоих.
Автомеханик обещал поднять пикап еще сегодня, но не исключено, что теперь машина сгодится разве что на металлолом.
Прежде чем приехали вызванные на помощь жандармы, они успели достать мешок с дневниками отца Жозефа и затолкать его в рюкзак Венсана. Им предстояло изучить их.
Выходя из Эдельвейса, они встретили аджюдана Вертоли.
— Как вы себя чувствуете? — обеспокоенно спросил он.
— Спасибо, все в порядке, — заверила его Серван.
— Уверены, что не хотите показаться врачу?
— Нет, не стоит… Несколько царапин, пара синяков… Нам очень повезло!
— Да, вы правы! А ты, Венсан?
— Я в порядке, спасибо…
— Хочешь, мы тебе одолжим машину?
— Вы очень любезны, но Серван меня отвезет, а потом я позвоню Батисту, чтобы он пригнал мне свой старый «Рено-4».
— О’кей… Ладно, прощаюсь с вами. Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь…
Теплым сентябрьским днем в послеобеденный час они выехали из казармы.
Днем, который мог стоить им жизни.
Серван сосредоточилась на дороге, Венсан — на пейзаже. До Аллоса они доехали, не обменявшись ни словом. Как будто все еще падали в пустоту.
Подъезжая к Анколи, Венсан нарушил молчание:
— Теперь мы знаем, зачем они ночью приезжали…
— Ты уверен, что твою тачку испортили?
— Где ты видела, чтобы рулевое управление отказало одновременно с тормозами? К тому же несколько недель назад я отдавал машину на техосмотр… В этот раз они действительно хотели нас убить.
Она почувствовала, как по телу побежали мурашки, от затылка к пяткам.
— Вот видишь, — ответила она, — Господь существует. Он спас нас.
