— Что такое? — спросил он. — Что случилось?
Она смотрела на него, сжимая в руках страшную тайну.
— Серван! Что с тобой?
Застывшая словно статуя, она, казалось, держала на коленях гранату с выдернутой чекой.
— Но черт возьми, что там такое? — повысил голос проводник.
Он забрал у нее тетрадь и продолжил чтение с того места, где она остановилась:
—
Серван закрыла глаза; Венсан замер, словно сраженный молнией. Не шелохнулся, не моргнул. Губы слегка приоткрыты, застывший взор. Словно лобовое столкновение невероятной силы.
Отвратительная тишина, похоже, воцарилась навечно.
Пока Серван наконец не нарушила ее:
— Венсан, я… Мне очень жаль, и…
Слова не находились. Что сказать, что сделать?..
Венсан не видел и не слышал ее. Он стоял, и, казалось, пустота уже поглотила его.
— Венсан, мы ими займемся, — проговорила, вставая, Серван. — Надо заставить их заплатить…
Иногда лучше промолчать. Серван мгновенно пожалела о своих словах.
Отбросив тетрадь, Венсан повернул к девушке голову. Едва не потеряв равновесие, она в ужасе отступила на шаг.
Она никогда не видела его глаза такими… угольно-черными, переполненными ненавистью.
Неузнаваемые.
Внезапно он бросился к лестнице и помчался наверх, перепрыгивая через несколько ступенек.
— Венсан, ты куда?!
Он уже был наверху, и она не осмелилась последовать за ним. Лишь бы…
Долго ждать не пришлось; через минуту он появился вновь, сжимая в руках охотничье ружье.
Когда он сбежал по лестнице, Серван схватила его за руку, надеясь задержать его:
— Ты этого не сделаешь!
Он высвободился, но она упорно пыталась преградить ему путь. Прижавшись спиной к двери, она вытянула вперед руки: смехотворное препятствие.
— Остановись, Венсан! Так не делается!
— Отойди, — жутким ледяным тоном приказал он.
— Венсан, одумайся, прошу тебя! Мы заставим их заплатить, обещаю тебе. Но не таким образом! Тюрьма будет хуже смерти!
— Дай мне пройти.
— Нет! Я не позволю тебе швыряться собственной жизнью!
Он грубо оттолкнул ее, и она ударилась о стену.
Открыв дверцу «мазды», он убедился, что ключей от зажигания нет. Пнув ногой кузов и испустив хриплый вскрик, больше всего напоминавший рычание, он повернул обратно. Серван, застыв на крыльце, с ужасом смотрела на него:
— Венсан, успокойся, умоляю тебя!
— Ключи! — командным тоном произнес он, протягивая руку.
Рука не дрожала.
Он вооружен, но Серван подчиниться отказалась. Сунув руку в карман брюк, она лишь еще крепче сжала в кулаке ключи.
— Дай мне ключи… Немедленно.
— Нет! Я не хочу, чтобы ты пошел на поводу у ненависти! Чтобы стал таким же убийцей, как они… Тем, кем и хотел сделать тебя этот священник!
Она старалась не повышать голос, чтобы не разозлить его еще больше.
— Не заставляй меня причинить тебе боль, Серван…
Первая угроза; надо держаться.
— Венсан, успокойся! — умоляла она, отступая.
Он медленно наступал, она продолжала пятиться.
— Я знаю, ты ничего мне не сделаешь. Ты не преступник.
— Я уже убил.
— Не говори вздор! Ты бредишь!
— Нет! И это был мой собственный отец…
Все утратило свое значение. Даже эта тайна, отчаянно скрываемая на протяжении тридцати лет.
— Ты лжешь! — прошептала Серван.
— Нет, не лгу. Я его убил. Точно так же, как убью этих негодяев, одного за другим… И ты отдашь мне ключи, Серван… Пожалуйста.
В этом
Бесчеловечным в эти минуты.
Сейчас Серван была готова поверить, что он и в самом деле убил своего отца.
Когда он отвернулся, чтобы прислонить ружье к перилам, она побежала. Но он догнал ее и бросил на землю. Несмотря на сильный удар, она нашла в себе силы для борьбы. Нечувствительный к боли, безучастный ко всему, Венсан, не обращая внимания на отчаянное сопротивление разъяренной Серван, в конце концов сел на нее верхом, полностью обездвижив ее.
Заполучив заветные ключи, он оставил ее лежать на земле и бросился к ружью.
С гудящей головой, Серван кое-как поднялась, заковыляла к дороге и встала посредине. Поднимая вокруг клубы пыли, показалась «мазда».
Венсан резко затормозил: в десяти метрах от него чья-то фигура. Стоит, сжав кулаки.
Он попытался объехать препятствие, выросшее между ним и убийцами Лоры; но Серван упорно возникала перед носом машины.
— Уйди с дороги! — проревел он.
— Если хочешь проехать, тебе придется меня убить!
Ноги у нее подкосились, и она больно ударилась коленками о каменистую землю. Тогда она легла на спину и стала смотреть в ослепительной синевы небо.
Ты меня не убьешь.
Венсан изо всех сил нажал на педаль газа; Серван закрыла глаза.
Опустошенная и доверчивая.
Через несколько секунд синее небо исчезло и стало темно. Очень темно…
Венсан замер на миг, продолжая держать руки на руле.
Наконец он медленно вышел из машины, не понимая, наехал он на нее или нет.
