Каждая клеточка моего тела напряжена от желания обладать ею. Я хочу взять ее, прижать к стене и трахать до тех пор, пока она не начнет выкрикивать мое имя. Но вместо этого я подавляю желание, отказывая себе в удовольствии, пока она сама не попросит об этом. Пока она не попросит меня.
Пальцы обхватывают мои лодыжки и путешествуют вверх по ногам, впиваясь в мою плоть в мучительном блаженстве. Она прикасается к каждой частичке меня, пока я не начинаю умолять. Мне нужно быть внутри нее. Мне нужно почувствовать, как она крепко сжимается вокруг меня, пульсируя в неоспоримом экстазе.
Но она не заставляет меня умолять. Она медленно опускается на меня, позволяя мне почувствовать все, каждое движение, каждую пульсацию и трепет. Только тогда она берет мои руки и кладет их себе на бедра, позволяя мне направлять наши движения. Я впиваюсь пальцами в ее плоть, оставляя отпечатки. Мне нужно больше.
Приподнимаясь с пола, я хочу ощутить ее кожу под своим языком, обхватить ее плоть руками, но она с силой толкает меня обратно, ее рука прижата к моей груди, когда она приподнимается, а затем опускается, оседлав меня.
Ее рука скользит вверх по моей груди, обвивается вокруг шеи и сжимает до тех пор, пока у меня не перехватывает дыхание, отчего кружится голова. Но я не останавливаю ее и не отдергиваю руку. Я погружен в какое-то изысканное состояние восторга. И когда она все-таки отпускает меня, моя рука вытягивается и обхватывает ее запястье, почти сама по себе.
Она дает мне пощечину. Я бьюсь в конвульсиях, оргазм так близок, я на грани. А потом она говорит что-то, от чего все ощущается еще сильнее, почти уничтожая меня.
— Возьми меня.
Мысли и контроль покидают меня, и я приподнимаю ее, подмяв под себя, и погружаюсь в нее, когда ее ноги обвиваются вокруг моей талии. Наши движения становятся размытыми от страсти, лихорадочными от желания. Я изголодался, извиваясь рядом с ней, пожирая ее. Только когда я чувствую, что она полностью отдается мне, я замираю, наблюдая за выражением ее лица, когда волна за волной наслаждение проходит по ее телу. Как румянец покрывает ее щеки. Как она прикусывает губу, прежде чем выкрикнуть мое имя.
Я лениво целую ее соблазнительные губы, и по ее лицу расползается улыбка. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы отстраниться. Все, что у меня есть. Но я не могу оставаться внутри нее. Я не могу рисковать ее будущим.
— Что ты делаешь? — Ее руки обхватывают мои ягодицы, крепко удерживая меня в себе. — А как насчет тебя?
— Сейчас не обо мне.
Ее губы двигаются, чтобы лизнуть кожу чуть ниже моего уха. Мой член снова вздымается, когда она кусает и насаживается на меня еще сильнее, превращая выход из нее в пытку.
— Никакой защиты, — ворчу я.
Она несколько раз моргает, словно обдумывая варианты, и я пользуюсь возможностью отстраниться от нее, делаю глубокий вдох и пытаюсь успокоить ту часть себя, которая кричит о том, чтобы снова погрузиться в нее и безжалостно трахать ее, пока я не разобьюсь вдребезги.
Она опускается на колени, чтобы взять меня в рот, но я останавливаю ее, не желая, чтобы это как-то отразилось на том, что мы делали раньше. Чего я требовал от нее раньше.
— Только не на коленях, — говорю я, поднимая ее на ноги.
Не успеваю я произнести эти слова, как она бросается на меня, обхватывая ногами мою талию и снова прижимаясь своей влажностью к моей твердости. Бессильный против нее, я стону и снова вхожу в нее.
Моя сила воли иссякает. Я отхожу назад, прижимаясь спиной к стене, и просовываю руки под ее ягодицы, насаживая ее на свой член вверх и вниз, пока ощущения не становятся невыносимыми, и я бросаю ее на кровать, обхватывая себя руками, когда ее тело дрожит, а груди покачиваются от этого движения. Схватив ее за лодыжки, я притягиваю ее к себе, желая попробовать на вкус. У нее вкус цветущей вишни и лимона. Сладкий и острый.
Она выкрикивает мое имя, когда кончает снова, и это все, о чем я мечтал, поэтому я шепчу это, снова скользя по ее телу, наслаждаясь выражением крайнего блаженства на ее лице. Она протягивает руку между нами, обхватывает меня руками и двигает вверх-вниз, пока я больше не могу сопротивляться. Я переворачиваю ее на живот и опускаюсь на нее, растекаясь своим мягким телом по нашим телам.
Ее кожа горит под моей. Ее груди прижимаются к моей груди, поднимаясь и опускаясь с каждым вздохом. Ее пальцы скользят по моей коже, заставляя ее дрожать.
— Откуда у тебя это? — Спрашивает она, когда находит мой шрам.
Реальность вновь обрушивается на меня.
— Ничего серьезного, — говорю я, садясь и отгоняя воспоминания. Это правда, которую ей не нужно знать. Я не хочу думать о мире за этими стенами. Я не хочу думать о судьбе, которая ее ожидает. Я хочу отвлечься на нее, потому что это здесь и сейчас — единственное, что у меня когда-либо будет с ней.
Я веду ее в душ, а затем мы блаженно засыпаем.
