Конечно, цена была выше, чем у той еды, которой мы обычно питались, но не настолько, чтобы нас обременить. В этом мире мы тратили деньги только на то, чтобы поесть, поэтому они все время накапливались.
– Нормуль! Раз тут так дорого, должно быть настолько же вкусно. Заказывай все! И особое меню, и специальное блюдо, и еще всего помаленьку! Денег у меня много!
Ли Чонун, немного поколебавшись, в конце концов нажал кнопку заказа на столике. Вскоре раздвижная дверь открылась, вошел сотрудник и спокойно принял заказ.
– Принести, когда придут ваши спутники?
– Нет, прямо сейчас, пожалуйста.
Ли Чонун некоторое время смотрел на дверь, которую только что закрыл сотрудник, выходя. Похоже, ему до сих пор казалось удивительным, что сидевшие напротив него мы с Чхолем не были видны другим людям. Пока не принесли мясо, мы особо не разговаривали. Чхоль, похоже, внял моим предупреждениям и обменялся с Ли Чонуном только парой ничего не значащих фраз. Поскольку они говорили в основном о еде, я просто тупо сидел, глядя на меню, а затем достал из кармана телефон. Стоило мне его вынуть, как он завибрировал и на экране высветился номер Хана.
– Алло, слушаю.
– Вы его спросили?
– Да, говорит, ни о чем таком не думает.
– Выходит, умирать он не собирается, но видеть нас может?
– Ну, думаю, что-то вроде того.
– Понял.
Пока я разговаривал по телефону с Ханом, Чхоль и Ли Чонун внимательно за мной наблюдали.
– Что он говорит? – спросил Чхоль, но я только пожал плечами.
Как раз в тот момент, когда он ждал подробного ответа, нам принесли заказанную еду. Сотрудник наполнил пустые тарелки с закусками и взглянул на кондиционер. Возможно, из-за нашего присутствия температура в этой комнате показалась ему странно холодной.
– Не нужно. Я сам пожарю.
Когда сотрудник было протянул руку, чтобы положить мясо на гриль, Ли Чонун махнул рукой и сам взял щипцы. Тот в ответ только слегка моргнул, будто был этому рад, и вышел чуть быстрее, чем вошел. Похоже, сегодня вокруг этой комнаты будет ходить совсем мало людей, да и в самом ресторане тоже.
Даже когда жнец всего один, у окружающих людей уже мурашки по телу, а тут нас целых двое… Или трое? Я вздохнул, увидев черные решетки, внезапно возникшие над входной дверью. Они раздвинулись, и в комнату вошел Хан, странно посмотрел на нас, жаривших мясо, затем вернулся обратно и закрыл решетчатую дверь.
– Чего эт? Почему Хан просто ушел?
– И правда. Зачем тогда вообще было дверь открывать?
– Хан приходил? Когда?
Чхоль, держа в руках щипцы для мяса, в недоумении смотрел на дверь, а Ли Чонун в это время взял соджу и пиво, чтобы смешать их в одной чашке. Зачем он смешивает алкоголь? В это время раздвижная дверь распахнулась. Хан вошел в комнату, снимая свое черное пальто. И что это значит? Зачем было уходить, если собирался тут же вернуться? Хан, должно быть, прочитав в моих глазах вопрос, равнодушно пояснил:
– Я снял обувь.
– А, вот как. Садись туда.
Когда я указал на место напротив меня, рядом с Ли Чонуном, Хан секунду поколебался, а затем сел туда. То, как он положил рядом с собой пальто и зонтик-трость, а затем вытер руки влажным полотенцем, выглядело очень естественно. Я думал, он точно рассердится, увидев нас, но он был на удивление спокоен, настолько, что это казалось даже подозрительным.
– Что с тобой?
– А что со мной?
– Ты правда не знаешь?
– Только что я был в Мёнбуджоне.
Чхоль, который только что был занят жаркой мяса, закричал так, словно собирался бросить в Хана щипцы:
– Ах ты гад! Ты что, ходил туда, чтобы нас сдать? А?! И в чем мы вообще провинились? Разве поесть вместе – это грех?!
– Чхоль, ничего подобного не было, так что просто жарьте мясо. Я всего лишь хотел узнать, в чем проблема.
– Так и в чем же?
Я схватил Чхоля, который уже наполовину поднялся, усадил его обратно и внимательно взглянул на Хана. Он с ничего не выражающим лицом ответил:
– Ни в чем. В Мёнбуджоне все были, как всегда, очень заняты. Предположение, что нас некому было наказать, потому что всем было не до этого, оказалось ошибочным. Я попытался разузнать то да се, но безрезультатно. Даже когда вы встретились с этим человеком и взяли его номер телефона, в Мёнбуджоне было тихо.
– Ты смотрел?
– Да, наблюдал из Мёнбуджона. Несмотря на то что этот человек не собирается умирать, врата не открылись. В таком случае разве ответ не очевиден?
– И какой он?
– Наверняка он лжет.
По комнате разнесся звук поставленных на стол стаканов. Ли Чонун подвинул к каждому из нас по стакану алкоголя. Он спокойно слушал, что говорил Хан, но, казалось, эти слова вызывали у него скорее любопытство, чем удивление. Хан, который говорил собеседнику, что тот лжет, уверенно и без враждебности, а также Ли Чонун, который наивно слушал слова жнеца, потому что они звучали захватывающе, одинаково вызывали у меня замешательство.
– Хён, я не стану вмешиваться в то, умрет человек или нет. Разберитесь с этим сами. Похоже, в Мёнбуджоне тоже просто так спустят вам это, так что все в порядке.
– Ладно, с этим понятно, но кажется, ты забыл, что Ли Чонун слышит все твои слова.
