Но Филипп опровергает стереотипы. Он не щуплый, не бледный, не носит очки и прическу а-ля взрыв на макаронной фабрике. Искр одержимости в глазах тоже не заметно.
Я скорее подумала бы, что Филипп учится на физкультурном, а не на физическом факультете.
Видимо, внешность и правда обманчива.
— Ого… — вырывается у меня.
— Что тебя так удивляет? Теория вероятности у всех в программе, — пожимает плечами Филипп.
— Я не об этом. Ты прямо сейчас посчитал? В уме?
Он кивает, и мои брови взмывают еще выше. Кажется, я прямо сейчас разговариваю с гением.
— Невероятно!
— Завязывай с комплиментами, Рита. От тебя они звучат странно, — смеется он. — Я уже привык к шпилькам.
— Хочешь, чтобы я к ним вернулась? — На моих губах тоже появляется улыбка.
— Не стоит. Лучше расскажи, на кого сама учишься, — переводит тему Филипп. — А то мы все обо мне да обо мне.
— На журналиста-телевизионщика, — отвечаю я.
Честность за честность.
— Как интересно! — Он одобрительно качает головой. — А мне показалось, ты собираешься стать тренером по танцам.
— Не думала об этом.
За разговором я не замечаю, как над головой загораются первые звезды и мы подходим к корпусам. В некоторых окнах горит свет, но далеко не во всех. Видимо, большинство ребят либо пошли смотреть фильм, либо где-то гуляют.
И правильно. Сидеть в номере в такой приятный вечер — последнее дело.
Лучше наслаждаться прохладой, слушать шум прибоя, бродить по кипарисовым аллеям или петь под гитару.
Я тоже быстро приму душ, переоденусь и вернусь к ребятам на пляж.
— Ну, я пошла, — слегка улыбаюсь Филиппу.
Впервые за последнее время мы нормально пообщались. Без подкатов и подколок, которые обычно сопровождают наши короткие разговоры.
Но я не успеваю этому порадоваться, потому что он подмигивает и произносит:
— Увидимся, русалка.
— Опять забыл, как меня зовут? — закатываю глаза я.
— Нет. Такое не забудешь, — усмехается он и машет рукой на прощание.
Я машу в ответ, а потом спешу в корпус.
Если останусь на месте, Филипп наверняка надумает себе лишнего, а мне не хочется давать для этого повод.
Нечего дальше кормить его чувство собственной важности. Держу пари, оно у Филиппа наверняка завышенное.
Тем более здесь слишком романтическая атмосфера. На клумбах растут кусты роз, и их аромат окутывает все вокруг. Чувствую себя героиней манги рядом с ними.
Боже, какое клише!
Вернувшись в номер, я шустро делаю то, что планировала.
Смываю с себя морскую соль, надеваю белый кроп-топ и джинсовые шорты, а потом отдергиваю штору и выхожу на балкон, чтобы повесить на веревку мокрое платье, которое вручную постирала.
Взгляд невольно устремляется на здание рядом. Интересно, комната Филиппа с моей стороны или с противоположной?
Я на секунду замираю. Большинство окон зияют черными провалами, но окно напротив ярко сияет. И в нем…
Вышедший из душа Филипп надевает белую футболку.
Ох…
Только бы он меня не заметил!
Тут же забегаю обратно в комнату и прислоняюсь спиной к прохладной стене. Сердце колотится, как ненормальное, и его не получается остановить.
Я уже видела обнаженный торс Филиппа на пляже. Но какова была вероятность, что нас поселят не просто в соседних корпусах, а друг напротив друга?
Хотя я возвращаюсь к ребятам на пляж, оставшуюся часть вечера никак не могу выбросить из головы то, что увидела на балконе. Даже Настя говорит, что я витаю в облаках. И это правда.
От произошедшего голова идет кругом.
Я здесь второй день, но кажется, будто прошла как минимум неделя. Столько эмоций, впечатлений и событий в обычной жизни не умещается в такой короткий срок.
Немного прихожу в себя, когда ребята начинают петь песню «Люди» группы «Дайте танк(!)». Я присоединяюсь к ним, потому что знаю ее наизусть.
Герой песни никого не любит. Другие же не жалеют денег на кольца с бриллиантами и времени на сюрпризы для дорогих людей.
А я? Что чувствую я?
Совершенно этого не понимаю.
Когда-то я была во второй категории, но теперь к ней не отношусь. Однако и в первую себя записать не могу.
Я словно застряла на подвесном мосту между двумя краями пропасти. Он постоянно качается от ветра, который угрожает сбросить вниз, но я медлю. Не понимаю, в какую сторону лучше бежать.
Филипп не приходит на пляж, хотя другие ребята, в том числе из его команды, подтягиваются к нам.
Вскоре Мишу и его гитару окружает целая толпа. Незнакомые мне парни и девушки садятся в круг прямо на гальку и хором подпевают все новым и новым песням.
Море медленно погружается во тьму, но прохладный бриз и плеск воды напоминают, что оно рядом. Тем временем в лагере и за его пределами зажигаются фонари. Они тянутся по берегу, будто сияющая гирлянда.
А вот звезд мы больше не видим — их скрывают налетевшие облака. Но мне кажется, это не страшно.
Я растворяюсь в звуках музыки, забывая обо всем. Не думаю ни о Филиппе и его предложении, ни о Паше и боли, которую он причинил.
Просто пою вместе с ребятами, улыбаюсь и наслаждаюсь моментом.
Наконец происходит то, ради чего я приехала в лагерь.