Вскоре подтягивается Костя и со спины обнимает Настю, пугая ее до чертиков. Она высказывает ему все, что думает. Но в шутку.
А я наблюдаю за парочками, и в голову невольно приходит одна мысль. Я могла бы тоже быть счастливой, хоть и недолго.
Могла бы веселиться, смеяться, чувствовать тепло руки другого человека этим солнечным утром.
Могла бы, если бы не оттолкнула Филиппа…
Кстати, почему его еще нет? Вдруг он передумал идти в поход?
Я оглядываюсь в поисках знакомой фигуры, но не решаюсь прямо спросить у Кости, присоединится ли к нам его друг. Это будет выглядеть слишком подозрительно.
— Ну, все в сборе? — спрашивает гид, глядя на наручные часы.
Даже удивительно, что он их носит. Таких людей обычно не заботит, сколько времени и какой сегодня день.
— Нет, не все! — слышится голос откуда-то позади.
Мы оборачиваемся и наконец видим Филиппа. Он вновь появляется в последний момент, как и позавчера перед морской прогулкой.
Я облегченно выдыхаю, увидев его. Еще чуть-чуть, и опоздал бы.
— А вот теперь все, — говорит он, вливаясь в толпу.
— Супер! Тогда в путь! — командует гид, и мы выдвигаемся.
Филипп слегка кивает мне в знак приветствия, а затем подходит к Косте с Настей, которые оказываются позади остальных.
Пока мы идем по широкой дороге, я держусь рядом с ними. Надо только дождаться удобного момента, чтобы поговорить с Филиппом.
А пока можно послушать, как мальчики обсуждают сломавшийся компьютер секретарши директора.
Вот чем Филипп вчера занимался — ковырялся в железе, покупал в городе запчасти и пытался восстановить данные. А по пути заскочил в сервис за телефонами. Один из них сейчас лежит в моем рюкзаке.
Филипп правда решал важные вопросы, а не просто избегал меня.
— Так в чем была проблема? Она что-то нажала, и все исчезло? — усмехается Костя, имея в виду секретаршу.
— Нет, случай не настолько тяжелый. Кнопка включения перестала работать. Шлейф, который ведет от нее к материнке, пришел в негодность, — поясняет Филипп.
— Ясно-понятно. Заставила же она тебя побегать.
— Да пустяки.
Филипп делает взмах рукой, а затем бросает пристальный взгляд на меня, но быстро отводит его.
Вскоре мы переходим трассу и сворачиваем на лесную тропу.
К сожалению, здесь толпой уже не пройдешь. И даже по двое, хотя я надеялась пропустить Настю с Костей вперед, чтобы поравняться с Филиппом.
Приходится топать другом за другом — сначала голубки, затем я, а потом уже он. Замыкает цепочку.
Нас обступают высокие деревья, стволы которых доверху покрыты мхами и вьющимися растениями.
Их кроны практически полностью скрывают солнце, что хорошо. Скоро оно поднимается высоко и начнет нещадно палить. А здесь, в тени леса, останется прохлада.
Тропа начинает забирать вверх и становится более каменистой, а вокруг появляются колючие кусты ежевики. Иногда даже приходится перебираться через поваленные деревья.
Чувствую, дорога будет непростой.
Впрочем, мои мысли пока занимает иная проблема.
— Фил… — начинаю я, оборачиваясь.
— Да. — Он вскидывает голову.
Кажется, это первый раз, когда я называю его сокращенным именем.
— Слушай, позавчера произошло одно недоразумение…
Я хочу сказать что-то еще, но вдруг спотыкаюсь о крупный камень.
Вот черт!
Больно!
Зажмуриваюсь, готовясь упасть и разбить голые коленки. Однако меня подхватывают мужские руки. Руки Филиппа.
И сердце вдруг начинает биться с невероятной скоростью.
— Ох!
В груди все сжимается, и я совершенно забываю об ушибленной ноге. От прикосновений Филиппа по телу бегут мурашки.
Он поймал меня. Удержал.
Это так в его духе — быть рядом в нужный момент.
Филипп ставит меня на ноги, а потом обеспокоенно произносит:
— Как ты? Можешь идти?
— Думаю, да.
Я делаю шаг.
Ушибленный палец слегка побаливает, но ничего серьезного. Кроссовок его защитил. Если бы я надела босоножки, было бы гораздо хуже.
— Хорошо. — Филипп наконец отпускает меня. — И давай поговорим позже. А пока лучше смотри под ноги.
— Ладно.
Он прав. Если не послушаю его, то рано или поздно кубарем полечу с горы.
Я отворачиваюсь и пытаюсь идти чуть быстрее, чтобы догнать ребят. Мы от них прилично отстали, а гид вообще убежал далеко. Его даже не видно впереди.
Тропа стала едва заметной — почти вся заросла травой. Поэтому нельзя терять остальных, если не планируем заблудиться.
Однако долго гнаться за группой не приходится.
Филипп помогает мне забраться на большой валун, и мы вместе с остальными оказываемся на широкой площадке. Отсюда открывается вид на лесистые горы и лагерь, а на горизонте заметен кусочек моря.
Ого! Мы уже довольно высоко забрались!
— Если страшно, не смотри туда, — слышу я шепот Филиппа у самого уха и чувствую, как он кладет теплую ладонь мне на плечо.
— Не страшно.
Я чуть поворачиваю голову, чтобы видеть его глаза. Они все еще смотрят на меня с легкой тревогой.
— Правда?
— Правда.
Не собираюсь хитрить и притворяться, что задыхаюсь от ужаса, хотя от заботы Филиппа по сердцу разливается тепло.
Я чувствую себя увереннее, спокойнее, лучше просто благодаря тому, что он рядом. Стоит в шаге от меня, как на Красной Поляне.