Глава пятьдесят четыре. Новые возможности.
Тренировка моих подопечных продлилась до самого обеда: не ожидая, что достаточно старый генгар будет настолько неопытен в использовании своих собственных сил, я бронировал полигон всего на пару часов, из-за чего эту бронь пришлось продлевать, причем не бесплатно, ведь после меня уже появилась запись.
Так уж вышло, что большую часть этого времени я объяснял Ориону основы его физиологии и телосложения. Он не понимал самых базовых вещей. Не понимал, что, применяя иллюзии, неосязаемость, невидимость, да и банально контролируя тени на базовом уровне, он использует свою собственную сущность. Нет, очевидно, что он не мог знать семантику этого слова, но он же даже не догадывался, за счет чего работают те или иные его способности. Орион просто применял их, и все. Не пытался их развить, не пытался освоить что-то новое. Даже на секунду не задумывался. Та же Лаки сумела самостоятельно освоить достаточно сложный для нее навык, хотя и младше этого приведения в десятки раз.
Потому пришлось начать с объяснения самых основных вещей, периодически выдавая явно скучающему генгару затрещины, дабы тот поддерживал должный уровень концентрации. То, что у обычных существ зовется телом, у призрачных покемонов именуется сущностью, ведь их оболочка попросту не несет в себе привычной нам материи, и может становиться осязаемой только за счет напитки призрачной энергией. Более того, сущность призраков не привязана к определенной форме, и тот же хонтер может никогда в жизни не развиться до генгара, но при этом не уступать сильнейшим из них. Когда речь заходит о форме призрака, то в дело вступает некий психический блок. Редко когда гастли, изначально имеющие форму шара, живут поодиночке, ведь обычно они стремятся в пропитанные большим количеством призрачной энергии места, самые мощные из которых, в плане энергетики, зовутся некрополями. И не удивительно, что в этих же местах находятся и сильные представители покемонов-призраков, не только хонтеры, но и генгары, занимающие, как правило, лидирующие позиции в призрачной иерархии.
Новорожденные, едва осознавшие себя гастли — все равно что младенцы. Они неспособны ни к полной материализации, ни к полной невидимости, из-за чего только и могут что парить в полу-призрачной форме, прекрасно видимой невооруженным взглядом, да менять свою форму, придавая той газообразное состояние, позволяющее покемону проникать в труднодоступные места. Неудивительно что дальнейшее их развитие определяется вожаком стаи, к которым те примыкают, то есть генгаром, и, куда реже, хонтером. Смотря на сильного, агрессивного представителя своего вида, гастли хочет быть таким же, и именно на этом этапе происходит фиксация бедующей его формы.
Разум же покемонов-призраков — тема исследований, описанная во многих научных трудах. Чем думают приведения, если у них нет не то, что мозга, но даже физической плоти? Если, как я недавно выяснил, разум живых существ хранится в их головах, то есть в мозге, и взаимодействует с телом посредством центральной нервной системы, то вот разум призраков, по крайней мере тех, что обитают в Канто, заключен в их сущности. То есть во всем «теле» целиком. Вся сущность покемонов-призраков участвует в мыслительных процессах, и именно на этом свойстве строится большая часть их навыков, что также дополнительно вносит некоторые коррективы в их развитие. К тому же это является одним из факторов, из-за которого всех тренеров-новичков настоятельно просят держаться подальше от покемонов призраков, ведь помимо огромной сложности в поимке и налаживании отношений, существует и так называемая «проблема травмирования». Только самые опытные в обращении со своей сущностью покемоны могут нивелировать негативный эффект от травм, полученных в бою. В остальных случаях, даже самый малый урон, нанесенный сущности, то есть «телу» покемона, наносит и некоторый урон по его разуму, вплоть до полного сумасшествия последнего, в связи с чем я действительно удивлен, что хонтер Майка ограничился лишь потерей сознания, и, возможно некоторыми другими отклонениями, нивелированными при помощи покебола парня.
Конечно, у них есть естественная регенерация, зависящая от количества призрачной энергии в окружении, из-за чего простой покебол является отличным лекарством для призраков, но это далеко не панацея. К примеру, те травмы, что получил белый генгар до финального своего выпада, должны были безвозвратно уничтожить его рассудок, из-за чего тот и ринулся в последнюю свою атаку.
