Школьную учительницу Кейт Хартман похитили и вынудили использовать ее ментальные способности для убийства. Теперь она — убийца с пристрастием к похищению душ. Кейт борется за исцеление, но только одному человеку под силу успокоить бурю в ее душе. Гениальному специалисту по аномалиям — под чьим белым халатом скрыто мускулистое тело — мужчине, к которому она боится даже прикоснуться: доктору Гейджу Уокеру.Гейдж посвятил всю свою жизнь помощи аномалиям, преследуемый прошлым в ЦРУ, где он провел слишком много экспериментов и причинил боль многим людям… в том числе и собственному брату. Гейдж поклялся больше никого не подводить и сделать все, чтобы излечить зависящую от него хрупкую красивую похитительницу душ. Даже если для этого придется бороться с непреодолимым влечением к ней.Но когда за Кейт приходит жестокий босс мафии, некогда причинивший ей боль, на кону оказывается всё. Даже посреди опасностей Гейдж с Кейт тянутся друг к другу. Но она боится, что один неверный шаг, и темная зависимость похищать души вырвется на свободу. Ведь в таком случае Кейт убьет мужчину, которого любит.
Посвящается Эм и Рэйч.
Спасибо вам!
Она хотела убивать.
Ей требовалось убивать.
Зарыдав, Кейт Хартман скатилась с узкой кровати и упала на колени. Больше всего на свете она хотела экстаза отнятия жизни.
Через уродливую стучащую в висках тягу прорвалась вспышка прежней Кейт. Она не хотела быть убийцей. Не желала становиться монстром, в которого ее превратил Габриэль Ливен. Кейт ударила кулаками по ковру.
Она не хотела быть похитительницей душ.
Суть проблемы крылась у нее в голове. Кейт прошла терапию, подобную лечению алкоголиков и наркоманов, поэтому знала, что физическая тяга излечена. Но психологическая зависимость осталась и каждую ночь являлась помучить.
Кейт посмотрела на дверь своей комнаты. Блестящий замок под дверной ручкой словно насмехался над ней. Да кого она разыгрывает? Может, комната и обставлена, как гостевая с чистыми простынями, удобным креслом и желтыми цветами в вазе на прикроватном столике, но от этого не перестает быть всего лишь очередной тюрьмой.
Прошел уже месяц с тех пор, как Кейт прибыла в убежище аномалий под названием Приют. Но стоило ей закрыть глаза, как все возвращалось обратно.
Вскочив на ноги, она принялась мерить шагами ограниченное пространство. У нее так сильно сдавило грудь, что едва удавалось дышать. Стоило закрыть глаза, и Кейт снова оказывалась в небольшой комнате с облицованными кафелем стенами, была прикована цепью и вынуждена убивать.
Сражаясь за следующий вдох, она прижала ладони к груди. Кейт вся обратилась в слух, надеясь услышать шаги в коридоре или малейший признак присутствия кого-нибудь, кто поможет ей снова начать дышать. Но медицинский центр был тих.
Всхлипнув у двери, Кейт осела на пол, мечтая оказаться снаружи и вдохнуть теплый ночной воздух. Она отползла в сторону и, притянув колени к груди, закрыла глаза.
Да, держать ее под замком было верным решением, так и поступают с убийцами. Кейт высосала души из бессчетного количества людей — мучительная ужасная смерть — и получила головокружительное удовольствие.
Из ее горла вырвался еще один всхлип. Кейт хотела вернуться к прежней жизни. Вернуть свою удобную квартирку в Мельбурне, маленькую яркую машину, родителей, шумных энергичных пятиклассников. Она хотела всего того, чего лишилась целую вечность назад.
Эхом по коридору разнесся стук шагов. У Кейт перехватило дыхание.
Шаги затихли прямо возле двери.
— Кейт? Ты в порядке? — раздался глубокий мужской голос.
Весь воздух покинул ее легкие.
На пороге стоял он.
Доктор Гейдж Уокер.
Взъерошив короткие волосы, Кейт потерла ладонью влажную щеку. Теперь, когда он был здесь, она не хотела показываться ему в таком виде.
— Просто уйди.
Кейт снова закрыла глаза. Какое, черт возьми, имеет значение внешность? Гейдж видел, как первые недели по прибытию сюда она выла, и ее рвало. Слава Богу, не он был ее лечащим врачом в период восстановления. Другой врач острова, доктор Акита, стала той, кто видел Кейт в худшие моменты.
Гейдж, в свою очередь, был тихой поддержкой с тыла. Постоянное присутствие, от которого она втайне стала зависимой.
Щелкнул замок. Вскочив на ноги, Кейт наблюдала, как открывается дверь.
На пороге стоял Гейдж, по обыкновению в коричневых свободных шортах и небрежно застегнутой белой рубашке. Худощавое лицо затемняла щетина, а на носу поблескивали очки в проволочной оправе. Каштановые волосы были взъерошены и отчаянно нуждались в стрижке. Глаза, цвет которых наталкивал Кейт на мысли о полированном дубе, лучились терпением и сочувствием.
Нет, она не хотела сочувствия и не нуждалась в нем. Отвернувшись, Кейт обеими руками обняла себя за талию.
— Тяжелая ночь?
— Док, да ты просто гений, — Кейт вздрогнула от того, насколько едко прозвучал ее голос. Когда-то она была доброй нормальной женщиной. А теперь…нет. По крайней мере, Гейдж не смотрел на нее, как на воплощение зла.
Он вдохновлял поверить, что на самом деле она не такая.
Но также доктор напоминал ей о многом другом, оказавшемся вне ее досягаемости.
— Я могу дать тебе что-нибудь, что поможет заснуть, — вздохнул Гейдж.
— Нет, — развернувшись, Кейт покачала головой. Еще совсем недавно она абсолютно себя не контролировала. Ей не хотелось снова превращаться в то ничего не сознающее животное.
Он поправил на носу очки. Движение столь ребяческое и…милое. Кейт моргнула, потрясенная тем, что вообще это заметила.
— В таком случае, как насчет компании? Можно поиграть в карты.
— Я не хочу играть в карты, — ее смех был резок. На поверхность выбралась темная часть души, страдающая и отказывающаяся сидеть взаперти. Кейт шагнула к Гейджу. — Я хочу прижать руки к твоей груди и высосать душу из твоего тела. Говорят, это самый страшный способ умереть, самый болезненный. Ты вновь переживаешь все ужасные поступки, совершенные тобой в жизни.
Именно поэтому Ливен хотел заполучить Кейт. Босс мафии использовал ее в качестве оружия, запугивая и убивая своих врагов.
Гейдж просто смотрел на нее прямым недрогнувшим взглядом, отчего она завелась еще сильнее.
