— На другой стороне, — пояснила она.
Гарднер перевернул листок и прочел надпись на обратной стороне. Он ненавидел себя за мысль, первым делом промелькнувшую в голове, но вполне возможно, что Эбби написала это сама.
— Кто-то дал мне это вчера в парке. Это была девушка с рыжими волосами, — сказала Эбби. — Она отдала мне этот листок и сказала, что я должна туда сходить. Я сперва подумала, что она просто рекламирует этот спектакль, но потом увидела на обратной стороне вот это, — Она кивнула на надпись. — Она больше никому ничего не раздавала. Это было предназначено только для меня.
— Остальное она могла раздать раньше, — возразил Гарднер.
Эбби покачала головой.
— А как насчет надписи? «Она будет там». — Эбби взяла флаер в руки и уставилась на него. — Это точно предназначалось мне. Она знала, что Бет придет туда, и хотела, чтобы я ее нашла. Что я и сделала.
— Как вы узнали, что это Бет? — спросил он.
— Просто узнала и все. Увидела и сразу узнала. — Лицо Гарднера оставалось непроницаемым. — Она напомнила мне меня, когда я была маленькой. Она была как раз такой, какой я ее себе представляла. — По щекам Эбби текли слезы, но она улыбалась. — Она такая красавица! И умница! Она показалась мне очень сообразительной.
Эбби засмеялась.
— А в прошлый раз вы не были так уверены? Или в позапрошлый?
Постепенно ее улыбка угасла.
— Тогда мне казалось, что да, была. Но сейчас все по-другому. Я знаю, что раньше не раз ошибалась, но теперь я знаю точно. Просто знаю.
— Два года назад была еще одна девочка. И вы клялись нам, что это Бет. Вы думали, что она похожа на нее.
— Тогда я ошибалась. Но сейчас я уверена.
— Или еще один раз, до этого. Та девочка из Шотландии. Как же насчет нее?
— Выходит, я ошибалась.
— Но ведь были и другие девочки. Сколько их было?
— Хорошо, — сказала Эбби. — Остановитесь. Пожалуйста! — Она высморкалась и несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. — Я понимаю, что в это трудно поверить… И что у вас нет оснований верить мне на слово, но… я знаю, что это была она. На этот раз я правда знаю. Я чувствую это. Зачем бы тогда мне дали флаер, если это не Бет? Прошу вас, поверьте мне. Пожалуйста!
Гарднер отвел глаза в сторону. Он не мог вынести выражение мольбы в ее взгляде. Несмотря на убежденность в том, что это всего лишь еще одна ложная тревога, он не мог сказать, чтобы она остановилась. Записка и вправду была странная и могла что-то означать, если все было так, как рассказывает Эбби. Только это все равно ничего не доказывало.
— Вы узнали девушку, которая вам это дала? — спросил он.
Эбби покачала головой.
— Нет. Я попыталась ее найти, но она скрылась. — Она посмотрела на Гарднера, и в глазах ее мелькнул огонек надежды. — Но ведь это уже неважно, да? Мы нашли Бет, и девушка нам больше не нужна.
Гарднер шумно выдохнул. Хотя после дочки Эбби у него были десятки других дел, многие из которых оказались не менее травмирующими, Эбби никогда не выходила у него из головы. Возможно, он сам был виноват в этом, потому что уделял ей слишком много времени, выслушивал всякий раз, когда ей казалось, что она нашла свою девочку. Он хотел, чтобы дочь Эбби вернулась, правда хотел, но прошло уже пять лет, и за это время все его надежды практически сошли на нет. Он знал, что Эбби никогда не остановится. Знал, что в этом заключается вся ее жизнь. Знал, что это все, что она может сейчас сделать. Но сколько можно поддерживать и ободрять ее? Сколько еще дарить ей призрачные, ложные надежды? Возможно, он больше причиняет ей боли, чем помогает.
Он посмотрел на Эбби. Она поставила локти на стол и оперлась головой на руки. Это выглядело так, будто она молится. Если бы только это могло помочь…
— Няня говорит, что вы приставали к ним, — сказал Гарднер, прерывая затянувшееся молчание.
— Нет, что вы! Клянусь вам! Я просто хотела узнать ее имя.
— Имя девочки?
— Нет. Имя женщины, у которой она живет, — сказала она. — И которая выдает себя за ее мать.
— И что вы планировали делать, если бы узнали его?
Эбби пожала плечами.
— Та женщина назвала ее Кейси. — Она посмотрела Гарднеру прямо в глаза. — А она не Кейси. Она даже не похожа на Кейси.
Гарднер почесал подбородок. В душе он не сомневался, что Эбби свято верит в то, что девочка, которую она видела, действительно ее дочь. Но он знал, что она верила в это и в прошлые разы. Флаер и надпись только добавили ей убежденности. Он понимал, что она никогда не наделала бы глупостей и не причинила вреда ребенку. Но сейчас его больше волновала сама Эбби, состояние ее психики.
— Она выглядела счастливой, — сказала Эбби. — Бет. Она выглядела счастливой. Это ведь хорошо, правда?
Гарднер натужно улыбнулся, заметил, что нервно постукивает под столом ногой, и с трудом прекратил это.
— Конечно. Это хорошо. — Он попытался встретиться с Эбби глазами. — А эта маленькая девочка… Вы же не хотели ее расстроить, правда?
Эбби смутилась.
— Нет. Конечно же, нет! Зачем это мне?
— Ну, если она счастлива… А вы, преследуя их, могли создать некоторые проблемы…
