Гарднер позвонил Саре Уолтерс, няне, и попросил ее побеседовать с ним еще раз. Она согласилась, и они договорились встретиться в участке. Он не думал, что Сара каким-то образом причастна к происходящему, и был бы удивлен, если бы она хоть что-то знала о прошлом Хелен. Но она могла помнить какие-то мелочи, какие-то детали, которые могли оказаться полезными и привести его к Хелен. Так что стоило попробовать.
Когда Гарднер вошел, оказалось, что Сара уже ждет его. При его появлении она встала, заметно нервничая. Похоже, она еще никогда не была в полицейском участке.
— Спасибо, что пришли. — Он проводил ее в комнату для допросов. — Принести вам чего-нибудь попить?
Сара покачала головой, и они сели. Девушка положила руки перед собой и сцепила пальцы.
— Полагаю, Хелен с вами не связывалась, — сказал Гарднер.
Сара снова покачала головой.
— Что она натворила?
— А с чего вы взяли, что она что-то сделала? — спросил он.
— Зачем еще вам нужно было бы искать ее? И зачем ей нужно было так исчезать, забирать все фотографии? — Сара смотрела на него со слезами на глазах. — Она ведь не вернется, верно?
Гарднер вздохнул.
— Да, такое маловероятно, — ответил он. — Сколько вы у нее уже работаете?
Сара вытерла слезы салфеткой.
— Около двух лет.
— А как вы нашли эту работу? Вы знали Хелен до того, как начали на нее работать?
— Нет, — сказала Сара. — Она наняла меня через агентство. Сначала временно, а через несколько месяцев взяла на постоянную работу.
— У нее была няня до вас? Сколько сейчас Кейси? Шесть?
— Да, почти шесть, — подтвердила Сара. — Будет в ноябре. Но я не знаю, был ли у нее кто-то раньше. Она при мне никогда ни о ком не упоминала.
— Так что же вы делаете для Хелен? В чем состоит ваша работа? Вы работаете полный день? Вы ведь там не живете, верно?
— Не живу, — сказала Сара, покачав головой. — Работаю я почти каждый день, но не полное время. Обычно я провожаю Кейси в школу и забираю ее домой. По выходным я ее куда-нибудь вожу. Иногда за ней приезжает Хелен. Но мне кажется, что она не любит выходить из дому.
— Она не страдает боязнью открытого пространства? — спросил Гарднер.
Сара пожала плечами.
— Я не знаю. Не думаю. Она иногда уходит, но не часто. Как правило, я забираю Кейси сама.
— А в то время, когда Кейси находится в школе, вы выполняете для Хелен какую-то работу? Может быть, ходите в магазин или еще что-нибудь, если она не любит выходить из дому?
— Иногда она просит меня что-то купить ей, но такое бывает нерегулярно. Думаю, она сама это делает, — сказала она и нахмурилась. — Вообще-то я не знаю. Я как-то никогда об этом не задумывалась. Возможно, кто-то еще делает это для нее.
Гарднер сделал пометку в блокноте и подумал, что Хелен, вероятно, выходит из дому, но только без Кейси, чтобы люди, которые ее знают, не могли увидеть их вместе. Знает ли кто-то, что ее ребенок умер? Он сомневался, что у Хелен были близкие друзья, но мог ли кто-то еще заметить в этом что-то странное?
— Вы не ответили на мой вопрос, — сказала Сара. — Я спросила, что она сделала.
Гарднер не был уверен, что готов все ей рассказать прямо сейчас. Сначала ему хотелось услышать, что знает она.
— Это как-то связано с тем, что случилось с Кейси? И с той женщиной, которая шла за нами?
— Хелен когда-нибудь приглашает к себе гостей? — спросил он.
— Нет, насколько мне известно, — ответила Сара. — По-моему, она вообще не слишком общительная.
— А почему, как вы думаете?
Сара пожала плечами.
— Не знаю. На самом деле я ее не очень хорошо знаю.
— Но вы ведь работаете у Хелен уже два года.
— Она держится особняком. Просто говорит, чего от меня хочет. И хорошо за это платит, — сказала Сара. — Она нормально ко мне относится, но никогда по-настоящему со мной не разговаривает.
— А вам не кажется это странным? — спросил Гарднер. — Я имею в виду, что мне, например, с трудом удается ладить со своим боссом, но при этом я знаю, что у него есть жена и трое детей. Когда умерла моя мать и он узнал об этом, то счел своим долгом поинтересоваться, не нужна ли какая-то помощь для ее похорон. Люди, когда вместе работают, — особенно в таком плотном контакте, как вы с Хелен, — обычно разговаривают между собой. Стараются узнать друг друга.
— Она очень замкнутая, — пояснила Сара. — В других семьях, где мне приходилось работать, люди были более разговорчивые. — Она снова пожала плечами. — Хелен совсем другая. Она вроде как…
— Как — что? — спросил Гарднер.
— Ну, не знаю. Она держит дистанцию, и это нормально. Иногда она ведет себя немного странно, начинает злиться.
— На кого? На вас? На Кейси?
— Нет, — сказала Сара. — Она никогда не поднимает голос на Кейси. Ни разу такого не было. И это странно, — добавила она с улыбкой. — Все родители кричат на своих детей. Но Хелен не кричит никогда. Я, по крайней мере, за ней такого не замечала. Она обращается с ней, как с принцессой. Как с каким-то драгоценным предметом, к которому даже прикоснуться нельзя.
