— И эта душа будет моей, — ответил товарищ Д. — Идут переговоры. Я смог оказать этому молодому человеку некоторые ценные услуги.
— Понял, — сказал парень. — А мне пива не сообразишь?
— Я не занимаюсь благотворительностью, — ответил товарищ Д. — Но если вы добровольно, без шума, отдадите мне то, что вам не принадлежит, пиво будет ваше.
Парень подвинул коробку еще ближе.
— Если что нужно, — сказал он, — говори конкретно.
— Я о душе, — улыбнулся дьявол. — Я всегда о душе.
«Он меня спутал, — подумал Сашок. — Он меня в лицо не знает и думает, что тот — это я. Кто мог подумать! Теперь надо встать и бежать. Бежать… Нет, нельзя встать и бежать. Он сразу заметит и поймет. Бежать нельзя. Надо сидеть.
— О душе не здесь надо. О душе по телевизору говорят, — сказал парень в голубой куртке.
«У нас куртки одинаковые, — подумал Сашок. — Ему меня описали. А как меня опишешь? Так и опишешь — возраст между тридцатью и сорока, а примет нету. Шпионы друг друга всегда по шрамам узнают. А у меня и шрама нету. Только от аппендицита. А его не увидишь».
— По телевизору имеют в виду не душу, а духовность, — сказал дьявол задумчиво. — А это совсем разные вещи.
— А мне без разницы, — сказал парень.
— Но душа есть, — сказал товарищ Д. — И вы об этом отлично знаете. Вы даже старались этим воспользоваться.
— Ничем я не пользовался. Мне чужого не надо.
— Зачем так нагло врать? — опечалился дьявол. — Я вас вижу насквозь. У вас не душа, а душонка… Вы не заслуживаете снисхождения. Но моя доброта безгранична. Я вас прощаю.
Парню в голубой куртке хотелось уйти, но жалко стало недоеденный шашлык.
Не дождавшись реакции собеседника, дьявол сказал:
— Шашлык вам вреден. Сегодня это гастрит, завтра тяжелая язва.
— Ты доктор, что ли?
— Неужели вы до сих пор не поняли, что доктор? В самом высоком понимании этого слова.
— Тогда лечи, а не агитируй.
— Нельзя лечить без согласия больного. А тем более язву души.
— У меня тетка была, — сказал парень, который оказался не робкого десятка, — в Саратове. У нее аппендицит был, а думали, что язва. Стали резать и зарезали. А она в бога верила. Смешно?
— По крайней мере, она скончалась в культурной обстановке, в советской больнице, — сказал дьявол. В его голосе звучала угроза. — А вы, если не пойдете мне навстречу, можете помереть, подавившись шашлыком. Это бывает.
— Давай, давай, — сказал парень и проглотил большой кусок шашлыка. Сашок уже знал, что произойдет, и хотел даже крикнуть ему: «Стой!», но не крикнул, а парень уже подавился шашлыком, попытался вскочить, свалил со стола коробку, тарелку с шашлыком, зашатался и упал, корчась на полу. Дьявол склонился над ним и начал быстро шарить по карманам.
Сашок вскочил, другие люди тоже повскакивали с мест.
Дьявол выпрямился.
— Странно, — выдавил горестно он.
Никто не услышал. Только Сашок услышал и понял, что это относится к бумажнику.
Дьявол быстро пошел к выходу.
Парень в голубой куртке был на последнем издыхании. Коробка раскрылась, из нее, как гранаты-«лимонки», выкатились банки черной икры.
Люди сбегались от своих столиков, даже очкарик перемахнул через стойку. Но никто не знал, что делать.
— «Скорую!» — крикнул один из ежиков. — «Скорую» вызвать!
Один Сашок не растерялся. Он схватил парня за плечи, приподнял и долбанул по спине. Голова дернулась, глаза закатились.
— Что вы делаете! — закричал очкарик.
А Сашок еще раз стукнул парня по спине. От этого удара кусок шашлыка вылетел изо рта и шмякнулся на пол.
— Воды дай! — крикнул Сашок очкарику.
Женщина, что сидела раньше в углу, протянула свой стакан.
Сашок дал парню напиться. Тот отплевывался и кашлял.
— А мне пива! — крикнул Сашок очкарику, и тот поспешил за стойку. Даже не усомнился в том, что Сашок имеет право пить пиво в безалкогольном заведении.
— Это все он, — просипел, отдышавшись, парень. — Найду — убью.
— Не убьешь, — сказал Сашок. — Ты лучше икру собери, а то растащат.
Парень начал ползать по полу, собирать банки, укладывать в коробку, другие помогали, но никто себе не брал.
Очкарик принес бокал пива. Сашок выпил с наслаждением. Пиво было хорошее. Остальные смотрели с завистью, но не возражали.
Потом посетители разошлись к своим столикам и забыли о событии. У нас быстро все забывают.
Сашок допил пиво, спросил парня:
— Ты от Сидорова?
— А что? — тот уже пришел в себя и насторожился.
— Тогда иди, не задерживайся, — сказал Сашок. — Тебя доцент Нечипоренко никак не дождется. Ему в Аллахабад без икры никак нельзя.
Парень начал завязывать коробку. На Сашка он не глядел.
Сашок подошел к стойке, спросил очкарика:
— Сколько я тебе за пиво должен?
— Фирма платит, — сказал очкарик.
— Ты с ним осторожнее, с товарищем Д, — сказал Сашок. — Душа у человека одна.
Очкарик часто заморгал, но не ответил.
Сашок вернулся к стулу, натянул куртку, посмотрел на парня, который с коробкой в руке стоял, глядел на тарелку с шашлыком. Видно, рассуждал, не доесть ли, коль деньги заплачены.
— Ничему вас жизнь не учит, — сказал ему Сашок. — Второй раз не спасу.
— Ты чего? — обиделся парень.
