Кто может быть заинтересован в этом? Наверное, наши недропользователи, не желающие конкуренции с западными гигантами - как в силу того, что месторождения могут уйти другим, так и потому, что конкуренция со стороны транснациональных корпораций приведет к необходимости предлагать за месторождения на конкурсах (публичных, если таковые будут проводиться, или закулисных - на так называемом "бюрократическом рынке") более высокую цену.
Почему же эти компании не занимали такую позицию и прежде - в 1995 году, когда принимался закон о СРП? Понятно: тогда- перед выборами 1996-го года, когда мало кто верил, что Ельцин удержится, - наши компании находились перед лицом неопределенности и так же, как и иностранные претенденты на наши недра, стремились вырваться из-под какой-либо зависимости от состояния дел в России. Теперь для них ситуация изменилась - внутренние российские условия им кажутся достаточно стабильными. И на первый план выходит уже не опасение потерять прихваченное и, соответственно, стремление его сохранить независимо от того, что будет дальше с нашей страной, а другое - желание "застолбить" за собой еще как можно больше, ограничивая конкурентов, прежде всего иностранных.
В случае, если перевод месторождений на режим СРП, в том числе и их усилиями, действительно удастся ограничить, получат ли они то, на что рассчитывают? Есть основания полагать, что получат. Ведь иностранные компании всегда более инерционны в вопросе признания национальных режимов хозяйственной деятельности достаточно надежными. Значит, пока они не сориентируются и не будут готовы прийти к нам даже и на условиях лицензионной схемы - можно многое успеть.
И, наконец, последний вопрос: почему действуют так мягко, аккуратно, почему режим СРП не препарируется публично всерьез и не развенчивается в глазах общественного мнения окончательно? Можно предположить, что причина проста: режим СРП плох лишь до тех пор, пока нашими соответствующими "временными патриотами" не будут взяты под свой контроль те ключевые объекты, ради обладания которыми и развернута кампания. А после этого - чем плох режим СРП, если на него можно переводить захваченное без каких-либо конкурсов и аукционов и тем выводить себя и то, что удалось "застолбить" в России, из-под какой-либо зависимости от состояния дел в стране?*
* Если присмотреться, большинство публикаций и передач точно вписываются в единую логику. Набрасываются очертания угрозы: "С СРП и, в частности, на Сахалине, оказывается, не все в порядке!" Но ключевые "острые углы" - искусно сглаживаются. Завтра поступит иная "вводная" и можно будет осуществить залп противоположный: недостатки устранили и теперь все отлично. И никаких противоречий в логике не будет...
Похоже на правду? Похоже.
Так ли все на самом деле? Не знаю. Будущее, не исключено, что и самое ближайшее - покажет.
Печально, если все именно так? Печально.
Но в чем же тогда надежда, о которой я говорил?
Надежда в том, что она не хочет умирать. Это - прежде всего и во-первых.
Во-вторых, даже самый малый, что называется, "лучик света", минимальное внимание общества к проблеме СРП, привлеченное организаторами этой кампании в СМИ, может породить еще какую-то группу людей, заинтересовавшихся существом проблемы и ситуации и осознавших цену вопроса, а может быть, и свой интерес. В этом смысле действительно никто ведь не знает, как его слово (кампания в СМИ) отзовется?
И третье, самое главное. Если есть у нас как общества какая-то большая задача, то ее применительно к данному вопросу можно сформулировать так: нужны патриоты. От этого зависит не только судьба наших недр, но и вообще сохранение страны. Может быть" по тем или иным причинам ими могут стать те, кто сегодня в это лишь играет, чтобы успеть "застолбить" побольше- нынешние "временные патриоты"? Если честно, мне кажется, что надежда на это невелика.
Но, так или иначе, надежда умирать не хочет.
НЕЧЕГО НА ЗЕРКАЛО ПЕНЯТЬ...
(за кого они нас держат?)
Помните, у нас еще в советские времена были передачи о том, как "зарубежные гости" воспринимают нашу страну и ее жителей. И наш интерес к тому, как мы выглядим, вовсе не ушел в прошлое. Во всяком случае, мне неоднократно доводилось быть участником разнообразных публичных мероприятий, суть дискуссий на которых сводилась к тому, как улучшить, изменить и т.п. образ России в глазах если не всего мира, то уж хотя бы потенциальных инвесторов. Но ведь никакого секрета нет: чтобы что-то менять, надо это сначала самому увидеть и трезво оценить. Что же именно надо увидеть?
В предисловии я привел описание этой картины. Сейчас же, по завершении книги, хотелось бы кое-что добавить. Итак...
