Он говорит это в присутствии Ареса и Геры. У Афродиты такой мрачный взгляд, что я бы не хотела переходить ей дорогу, когда она в таком состоянии. Ее дети собрались вокруг Гармонии, которая в ужасе смотрит в пол. Только сейчас замечаю присутствие рядом матери и двух сестер. Деймос рядом с Эллой.
Гермес стоит чуть дальше. Я хотела бы присоединиться к нему, но боюсь, что одним движением навлеку на него молнию.
– Отец, что ты здесь делаешь? – спрашивает Афина, беря дело в свои руки.
Она больше не ведет себя с ним так демонстративно. Нарушенные клятвы и удары ниже пояса – для нее это большее предательство, чем все ситуации, в которых он был виновен. Не говоря уже о том, что дар ношения молнии, подаренный Медее, встал ей поперек горла.
– Как всегда, такая же прямолинейная. Я пришел, чтобы помириться с сыном.
Все внимание сосредоточено на Гермесе, который никак не реагирует. Зевс приближается к нему.
– Да ладно тебе, сын. Мы слишком увлеклись. Давай забудем обо всем. Мне нужен посланник, поэтому ты должен вернуться в штаб-квартиру. Ты же знаешь, как незаменим и как много значишь для меня.
Мой пульс учащается. Эти слова Гермес надеялся услышать от отца. Тем не менее, его лицо остается непроницаемым.
– Сын, – повторяет Зевс. – Не разочаровывай меня еще больше. Я тебя прощаю.
Они смотрят друг другу в глаза. Затем Гермес делает заявление, которое шокирует всех:
– Я ухожу в отставку.
Зевс выпрямляется, охваченный гневом.
– Ты не посмеешь!
– И все же я это делаю.
Из Зевса вырывается электрический шар, по волосам пробегают ослепительно белые нити, а глаза превращаются в два ярких луча. Его окутывает угрожающая аура. Тем не менее, Гермес не отступает.
– Неблагодарный щенок!
– Зевс, – зовет Аид. – Гермес подал прошение о предоставлении убежища, которое я удовлетворил, он находится под моей юрисдикцией.
Владыка Олимпа внешне спокоен, но его взгляд остается суровым.
– Пусть так! Значит, я буду беседовать с ней! – бросает он, указывая на меня.
Ладони матери и сестер лежат на моих руках. Я могла бы отказаться, но не намерена этого делать.
– Я согласна.
– Нет, – шепчет Мероэ.
Я убираю их руки. Из-за Зевса я прошла Подземный мир, несколько раз думала, что потеряла Гермеса, но больше не позволю ему так поступать со мной. У Гермеса хватило смелости противостоять Зевсу, я сделаю то же самое.
– Пусть ведьма следует за мной, – приказывает Зевс, поворачиваясь на каблуках.
Я следую за ним, Гермес берет меня за руку, когда я прохожу мимо.
– Не волнуйся за меня.
Афина подходит ближе, призывает золотую сову и уменьшает ее до такой степени, что сова становится размером с серьгу.
– Мы будем рядом, – шепчет она.
Я благодарю ее улыбкой и выхожу из гостиной. Зевс направляется в другой конец дворца. Он выбивает дверь, и все лампы в комнате загораются, шипя от полученного заряда. Комната похожа на художественную выставку, с картинами на стенах и белыми мраморными статуями. Есть даже несколько застекленных шкафов для демонстрации предметов искусства из золота и драгоценных материалов.
Зевс прислоняется к камину.
– Как мне избавиться от тебя?
Отлично, он не собирается изображать невиновного. Я читаю про себя защитное заклинание, чтобы отразить жестокие удары, если они последуют. Битва с Горгоной многому научила в отношении физического столкновения с божеством. Хотя я не сомневаюсь, что Зевс может одним движением стереть меня с лица Земли.
– Зачем ты околдовала моего сына и чего хочешь взамен?
Я поражаюсь, как у него хватает наглости думать так.
– Ты спрашиваешь меня, чего стоит твой сын? Он бесценен.
– У всего есть цена! Чего ты хочешь? Возвращение отца? Я могу найти его перевоплощенную душу на Земле и вернуть ей тело. Это то, чего ты хочешь?
Одно могу сказать точно: никто в моей семье, и в первую очередь отец, не хотел бы такого.
– Почему ты так сильно хочешь вернуть Гермеса? Ты даже не любишь его.
Он склоняет голову набок.
– Как ты смеешь измерять любовь отца к его сыну? Я разрушу целые города ради своих детей! – ревет он, выпуская ударную волну, которая срывает картины со стены и взрывает витрины.
– Это не любовь! – восклицаю я. – Только насильственное и нездоровое обладание другими! Вот почему ты хочешь Медею!
Зевс улыбается, а затем смеется, заставляя окна комнаты дрожать.
– Ведьмы! Пришло время отказаться от старой традиции держаться особняком! Медея – уникальна. Она будет могущественнее, чем самая сильная ведьма.
Я понимаю, что Зевс прав. Он так старается, потому что
– Ты должен уйти в отставку. Тебе пора уступить свое место, – провоцирую я его, чтобы отвлечь от Медеи.
В мгновение ока он телепортируется передо мной, хватает меня за горло, поднимает и прижимает к стене.
– Что ты сказала?
Пытаюсь разжать его пальцы, чтобы иметь возможность дышать.
– Что тебе следует уйти на покой.
Он отпускает меня и снова ударяет меня о стену. Стена дрожит, а люстры на потолке колышутся в шумном переплетении хрусталя. Мысленно благодарю заклинание, которое позволяет испытывать только легкую боль в позвонках.
