– Я не позволю тебе так легко сбежать от меня. И, кстати, ты прекрасно выглядишь.
Персефона позаботилась о моем наряде: коротком хитоне, позволяющем свободно двигаться, сплетенном из золотой нити и удерживаемом на плечах двумя булавками. Богиня наколдовала фиолетовые клематисы, цвета богини-хранительницы Гекаты, которые украшают декольте. Я заморозила их заклинанием, чтобы сохранить. Боялась, что не останусь незамеченной, но, учитывая окружающую развратную роскошь, именно Гермес в черном и серебряном привлекает внимание.
С вновь обретенной уверенностью начинаю дразнить его.
– А ты джентльмен.
– Я бы целовал не только твою руку, если бы мы были одни, – уверяет он меня тем же тоном и снова целует мои пальцы.
Слова «я люблю тебя» надуваются и лопаются вокруг меня, как пузырьки. Действительно, не самое подходящее место и время для такого рода заявлений!
– Привет, Гермес!
Раздавшийся голос удивляет нас обоих, и я быстро беру себя в руки, когда замечаю радужные волосы богини рядом с нами. Невозможно, чтобы она не заметила наш разговор, но не выказывает ни одобрения, ни порицания.
Бог-посланник закатывает глаза.
– Не знал, что ты везде сопровождаешь Геру.
Царица богов действительно только что вошла во впечатляющем сине-зеленом платье, расшитом цветами лилии. Гера – подруга Аида и Персефоны, поэтому неудивительно, что ее пригласили. С другой стороны, неожиданно видеть Ириду.
– Это моя работа, коллега.
– Полагаю, ты заинтересована в должности, которую я временно оставил?
– Я предпочитаю служить нашей госпоже.
Гермес подтверждает, что дорожит работой с Зевсом. Это не очень обнадеживает.
– Спасибо, что позаботился о моей протеже, – произносит Геката, кладя руку мне на плечо, подходя сзади.
Меня окружили, и я теперь стою лицом к нему. Ирида и Геката занимают оборонительную позицию перед дипломатом Зевса, а я улыбаюсь ему, одновременно весело и вызывающе. Как будто я представляю его родителям. Интересно, что подумала бы мама, если бы я привела его? Она никогда не питала к нему нежных чувств и всегда демонстрировала отсутствие интереса к нему. Что касается отца… думаю, он был бы поражен. Ведь это Гермес! Бог, которого знает весь мир!
– Пожалуйста, Геката, – отвечает он нейтральным тоном.
– Я одолжу ее, – говорит она, беря меня за руку.
Мы уходим. Богиня магии одета в пурпурный пеплос, украшенный золотыми тканевыми пуговицами, рассыпавшимися, как рой бабочек, в честь весны. Адские божества замирают перед ней, улыбаясь и приветствуя, радуясь ее появлению. Она оставила о себе в Преисподней хорошее впечатление. В конце концов мы выходим на эспланаду, чтобы спастись от той толпы, которую она собирает.
– Я так рада тебя видеть, – наконец произношу я.
Геката пожимает мне руку, произнося: «Я тоже», на ухо. Мне так много нужно ей сказать! Приступаю к рассказу о путешествии в Тартар. О том, как обнаружила клетку на дне ямы, о заключенных внутри женщинах: Медузе, Цирцее Первой и эмпусах. По мере рассказа Геката впадает в оцепенение, в результате чего ее руки оказываются скрещенными на груди, а на лице появляется задумчивое выражение. Она не знала, что происходит на дне Тартара.
– Мы должны вытащить их оттуда, – решительно заявляет она. – Цирцея Первая права, единственное решение – свергнуть Зевса. Ты должна пройти все три испытания, Афина, Гера и Афродита на твоей стороне, не забывай об этом.
Я киваю.
– Геката! Цирцея! – зовет с порога Ирида.
Время пришло. Стресс заставляет сердце биться быстрее, но я не дрожу. Я откладываю в сторону все неудачи предшественников. Возможно, я стану первой тенью, которая снова увидит дневной свет. Делаю шаг по направлению ко дворцу, когда Геката кладет руку мне на плечо.
– Будь осторожна с Гермесом. Я ничего не имею ни против него, ни против отношений между вами. Но Гермес любит Зевса, и власть Зевса над ним сильна.
Это своего рода одобрение и предостережение, которые меня не расстраивают. Я согласна с ней, хотя мне хочется верить в Гермеса.
– Тем не менее, это дело Орфея. Может быть, это не так уж и плохо, – добавляет она.
Хочу подтвердить это, но удивляет формулировка, которая слетает с ее уст. Подземный мир – закрытое общество, и мне кажется, что дело Орфея не первое, о чем должны были рассказать богине магии, когда она наконец вернулась. Неужели ей рассказала Персефона?
– Кто рассказал тебе о деле Орфея?
– Информация циркулирует в штаб-квартире, я узнала об этом от Ириды, которая слышала, как Гера и Зевс говорили об этом.
Неизвестный, отправляющий сообщения Зевсу, информирует его обо всем, что здесь происходит?
– Как Зевс это воспринимает? – спрашиваю я, еще больше опасаясь участи Гермеса, если он вернется на поверхность.
– Плохо, мне не нужно говорить тебе, что он будет наблюдать за ходом событий сегодня.
Ладно, это новое давление, которое нужно выдержать, но которое в то же время укрепляет меня.
– Не расстраивайся, я в тебя верю.
– Я настроена решительно.
