– Я верно тебя расслышал? - перебил Филип, и его зеленые глаза потемнели от гнева.
– Совершенно верно, - ответила Кристина, не обращая внимания на все возрастающую ярость Филипа. - Томми, по моему настоянию, был освобожден вчера ночью.
– Милосердный Боже! - взорвался Филип. - После всего, что он с тобой сделал, ты отпускаешь его, словно ничего не случилось!
– Он не хотел стрелять в меня!
– Знаю! Это меня он собирался прикончить! Вам не приходило в голову, мадам, что я могу возбудить дело в суде?
– Предпочла бы, чтобы ты не делал этого, Филип, - мягко попросила Кристина. - Томми сожалеет обо всем, что произошло. Он…
– Ты уже говорила с ним? - осведомился Филип, не давая ей договорить.
– Да. Он пришел повидаться со мной утром.
– И теперь ты умоляешь меня оставить его в покое.
Филип вновь откинулся на спинку кресла, словно придавленный тяжелым грузом.
– Должно быть, ты в самом деле его любишь…
– Мы с Томми вместе выросли. Были близкими друзьями, пока он не решил, что любит меня. Но я относилась к нему как к брату.
– Но вы собирались пожениться!
– Томми попросил меня выйти за него замуж в первый же день после моего возвращения и не давал покоя до тех пор, пока я уже не смогла этого больше выносить. Я отказывала ему, но Томми не сдавался. Пришлось уехать в Виктори, чтобы избавиться от него, но как только я вновь оказалась в Уэйкфилд-Мэнор, все началось сначала. Тогда я решила попросить Джона уговорить Томми оставить меня в покое, но тот принял его сторону. Честно говоря, я не думала, что еще когда-нибудь увижу тебя, поэтому и согласилась. Кажется, все на свете хотели, чтобы я стала женой Томми. Я любила его как друга и сейчас люблю. Когда он пришел попрощаться сегодня утром, он снова был прежним.
– Попрощаться?
– Да, он уехал, чтобы вступить в армию. Мне будет недоставать его. Когда я разорвала помолвку, он, должно быть, потерял рассудок от ревности, но сейчас все в порядке. Ты все еще хочешь довести дело до суда?
– Нет. Если он уехал, остается лишь пожелать ему удачи. Значит, ты относилась к Хантингтону только как к близкому другу?
– Да.
Филип оглушительно расхохотался, но внезапно, вновь став серьезным, затих и наклонился вперед:
– Я хотел сказать тебе то, в чем должен был давно признаться. Я люблю тебя, Тина. Всегда любил. Моя жизнь ничего не стоит без тебя. Я хочу увезти тебя домой, в Виктори. Если ты откажешься…, я пойму…, но я не мог не спросить тебя. А если согласишься…, я ни на чем не буду настаивать. Знаю, ты ненавидишь меня за те страдания, которые я тебе причинил, но я смогу жить с твоей ненавистью, пока ты будешь со мной…
Кристина заплакала, не в силах поверить тому, что слышит.
– Не обязательно давать ответ сейчас, Тина. Кристина в мгновение ока слетела с кровати, опустилась на колени перед Филипом и обняла его за талию так крепко, что, казалось, никакая сила не могла бы ее оторвать. Филип приподнял ее лицо и стал осторожно гладить по волосам, нежно и вопросительно заглядывая ей в глаза.
– Означает ли это, что ты поедешь со мной?
– Филип, как ты можешь думать иначе? Как можешь верить, что я тебя ненавижу? Я люблю тебя всем моим существом. И наверное, полюбила с первого взгляда, только сама этого не понимала…, пока Али Хейяз не похитил меня. Не прикажи ты мне уехать, я бы навсегда осталась с тобой в Египте. Когда ты отослал меня… Боже, через какой ад мне пришлось пройти, пока я не узнала, что ношу твоего ребенка. Филип Джуниор стал смыслом моей жизни, иначе…
– Пожалуйста, Тина, не лги мне! Я никуда не отсылал тебя. Ты сама меня бросила!
– Но я не лгу, Филип. У меня даже осталась записка, которую дал мне Рашид после того, как ты уехал в лагерь Ямейда Альхаббала. Сначала я не верила. Но когда Рашид сказал, что ты решил жениться на Нуре, сдалась и отправилась с ним.
– Я не оставлял никакой записки. Тина. И отправился к Ямейду, чтобы пригласить его и его племя на нашу свадьбу. А когда вернулся…
– Нашу свадьбу?!
– Да…, я начал верить, что ты и вправду неравнодушна ко мне. И хотел жениться, чтобы быть уверенным, что никогда не потеряю тебя. Я хотел, чтобы наша свадьба стала для тебя сюрпризом. Но когда я вернулся, то обнаружил, что тебя нет, и…, покажи мне записку.
Кристина неохотно отпустила Филипа и, подойдя к комоду, вынула из верхнего ящика смятый клочок бумаги.
– Рашид! - зарычал Филип, прочитав записку. - Мне следовало бы догадаться! Чего бы мне это ни стоило, я вернусь в Египет и прикончу ублюдка!
– Не понимаю…
– Это написано Рашидом! Он оставил мне такую же записку, только подписанную твоим именем, в которой содержалась просьба не преследовать тебя. Я думал, весь последний месяц ты обманывала меня…, притворялась счастливой, чтобы усыпить мои подозрения и сбежать.
– Как ты мог поверить этому, Филип? Никогда в жизни я не была так счастлива, как в тот последний месяц с тобой. Неужели такое можно разыграть?! - Улыбнувшись, Кристина нежно погладила его по голове. - Но почему Рашид решился на такое?!
