– Начала касаться, когда вы похитили меня, чтобы вернуть ключ. Вы уверены, что директор школы ничего не знает? А ваши школьные документы? В них должны быть сведения о том, кто платил за обучение.
– Там ничего нет, – меряя холл широкими шагами, отрезал Демиан. – Вы серьезно думаете, что все это не приходило мне в голову? Что я не вел розыски сам? Все нити оборвались; единственный путь к моему прошлому – этот ключ. И я его верну. Любой ценой.
Плотно сжав губы, она вырвала листок из записной книжки.
– Боюсь, никакого ключа, кроме этого, я вам предоставить не смогу.
Демиан отмахнулся:
– Оставьте себе. Может быть, он поможет вам найти настоящий ключ в Пеннингтон-Хаусе.
Элли выпрямилась:
– Так вы все-таки вернете меня в Лондон? Не станете держать здесь до старости, как тот лэрд свою неверную жену?
Неожиданная шутка и веселый блеск ее карих глаз произвели на Демиана непривычное действие. Все напряжение его вдруг исчезло, и он с трудом удержался от того, чтобы улыбнуться в ответ.
– Отправимся в путь, как только уляжется шторм, – коротко ответил он.
Она вскочила на ноги:
– Мистер Берк! Надеюсь, вы человек слова!
– Разумеется. Хотя предупреждаю вас, буря вполне может продлиться еще день или два. Так что у вас будет время заполнить рисунками всю записную книжку.
– Обязательно!
Ее улыбка – радостная улыбка предвкушения – вновь воспламенила его любопытство.
– А все-таки, что же вы рисуете? – спросил он.
– Да так… все подряд. Все, что придет в голову.
И повернувшись к нему спиной, Элли накинула свой зеленый плащ и туго затянула у горла завязки капюшона. Трудно яснее дать понять, что разговор окончен. Почему же его так тянет расспрашивать ее дальше, узнать о ней больше?
Демиан хмуро смотрел, как она натягивает перчатки. Элли не хочет говорить о том, что рисует, – хотелось бы знать, почему! Может быть, родные запрещают ей рисовать? Или просто не оставляют на это времени, заставляя работать с утра до вечера? Живя в доме графа Пеннингтона, она могла бы одеваться в лучших модных домах Лондона, а вместо этого носит тряпки, старящие ее на двадцать лет. И почему она так и не вышла замуж? Неужели граф Пеннингтон даже не позаботился вывести свою племянницу в свет, где она могла бы найти жениха?
Демиан стиснул зубы, вспомнив, что все эти вопросы лучше оставить при себе. Не стоит лезть в ее дела – тогда и она не станет совать нос в его тайны.
Девушка взяла записную книжку и карандаш, и он поспешил вперед, чтобы открыть ей дверь. Порыв холодного ветра проник внутрь, рванул на нем сюртук, ударил ледяными каплями дождя, словно хлыстом в лицо. Мисс Стратем натянула капюшон, рассеянно пробормотала: «Всего доброго» – и шагнула под дождь. Не оглядываясь, как будто сразу забыла о Демиане.
Он стоял в дверях и смотрел, как она, сгибаясь под порывами ветра, спешит через двор. Сгущались сумерки; в арках и проходах уже лежали густые тени. Неумолчный вой ветра и отдаленный рокот прибоя довершали мрачную картину.
Он снова остался один – как и хотел.
Однако и захлопнув дверь, и вернувшись к работе, долго еще не мог выбросить из своих мыслей тайну Элли Стратем.
На следующий день буря бушевала еще сильнее прежнего. Ветер за стенами башни завывал, как банши, дождь холодными пальцами скребся в узкие бойницы окон. Однако несмотря на заточение на острове, на душе у Элли было легко и радостно. Уютно трещал огонь в камине; на завтрак она попробовала вкуснейшие сконы – шотландские булочки; а лучше всего было то, что теперь у нее имелась записная книжка со множеством чистых страниц, полное уединение и обилие свободного времени.
Заполучив бумагу и карандаш, Элли была только рада целый день не выходить из спальни. Облачившись в лимонно-желтое платье, с шалью на плечах, она сидела с ногами на огромной кровати с балдахином, подсунув себе под спину гору подушек. Положив записную книжку на согнутые колени – так рисовать было всего удобнее, – в свете прикроватной масляной лампы Элли делала наброски для следующей главы своей сказки.
Над этими набросками она работала все утро. Свирепый крыс, превратившись в зачарованного принца, обзавелся плащом и шляпой с пером. Элли решила дать ему имя Принц Крысиан. В правой лапе Принц Крысиан держал большой сверкающий меч: именно им он будет защищать принцессу Арианну от людоеда.
Помимо острой мордочки и торчащих во все стороны усов, Принц Крысиан получит глаза необычного серо-зеленого цвета. Скорее бы добраться до Лондона, где у Элли остались акварельные краски!
Она задумалась, покусывая кончик карандаша. Слава богу, Демиан Берк наконец прислушался к голосу разума и понял, что, сидя здесь, выкупа ему не дождаться! Едва ли Уолт покинет Лондон ради кузины. Он из тех людей, что готовы предпринимать усилия и идти на жертвы ради лишь одного человека – самого себя.
А как там прочие ее родные? Доставили ли Беатрис от модистки готовые платья? Кто теперь ходит с ней по магазинам? Кто готовит бабушке травяной отвар, который она пьет перед сном? Кто каждое утро читает доброй леди Анне, пока та сидит за вышиванием?
