– Вы пытаетесь меня обмануть, – мягко прервала она. – Когда вы позвали меня, я слышала в вашем голосе панику. И видела, как вы ко мне бежали. А потом схватили меня и воскликнули: «Слава богу, ты жива! Слава богу, ты в безопасности!» Такое поведение, такие слова не могли быть вызваны одним лишь плотским желанием.
Демиан неловко повернулся в кресле. Самое время под любым предлогом сбежать из комнаты… если только это не заклеймит его навек званием самого малодушного из малодушных.
– Как я уже сказал, мне показалось, что вы вот-вот упадете, и я испугался за вас…
Но голос его прервался, когда Элли молча поднялась со своего места и, в облаке пышных изумрудно-зеленых юбок, опустилась перед ним на колени. Положила руки на подлокотники его кресла. Взгляд карих глаз, теплый и проницательный, словно пригвоздил его к месту.
– Хватит этих отговорок, Демиан. Я заслужила право знать правду. Объясните мне, что произошло на парапете.
Элли с трудом удерживалась от того, чтобы схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть. Что за упрямец! Он снова хмурился, с обычным своим властным выражением, стиснув челюсти и плотно сжав губы. Как видно, Демиан считал, что смехотворная болтовня о «неземной красоте» ее удовлетворит и заставит не требовать других объяснений. Разумеется, он вправе хранить свои секреты – но не от той, кого втянул в эти секреты силой!
И кому подарил самый невероятный в жизни поцелуй.
Она до сих пор трепетала. Прежде Элли и не подозревала, что поцелуй может быть таким – таким, от которого земля уходит из-под ног. Опыт ее был невелик. Много лет назад один несостоявшийся жених зажал ее в темном углу и торопливо, украдкой, клюнул губами в губы. Тогда Элли не ощутила ничего, кроме праведного негодования. Ледяным тоном сообщила, что от джентльмена такого не ждала, и отправила бедолагу восвояси. С тех пор она окончательно уверилась, что романтика – это для других, а ей лучше всецело посвятить себя вымышленному миру принцессы Арианны.
Но теперь Элли в этом усомнилась. Прежний опыт, скудный и ограниченный, не подготовил ее к встрече с губами Демиана. Или с его рукой, беззастенчиво скользнувшей ей за корсаж. Или к той немыслимой ласке, от которой все тело ее словно расплавилось и вспыхнуло жарким огнем наслаждения. Если это и есть плотское желание, сказала себе Элли – быть может, стоит еще раз хорошенько обдумать, готова ли она от этого отказаться?!
Но не сейчас.
Сейчас ее снедало желание понять Демиана. Вглядываясь в его холодное, замкнутое лицо, она вспоминала, как он бросился к ней на парапете. Никакой опасности не было – но в лице, в глазах его читался невыносимый ужас. Он сжал ее в объятиях, чуть не раздавив, и воскликнул хриплым, прерывающимся от волнения голосом: «Слава богу, ты жива! Слава богу, ты в безопасности!»
Элли казалось – и думать об этом было жутковато, – что в тот миг он обращался не к ней, а к кому-то из своего прошлого. Что за воспоминания возбудили в нем такой неестественный страх? Может быть, он ни за что не скажет. Может быть, это слишком личное, и бестактно с ее стороны приставать к нему с расспросами.
Огонь в камине трещал все тише, и Элли уже начала сожалеть о порыве, который заставил ее опуститься перед ним на колени. Похоже, для него этот жест ничего не значил.
– Что ж, Демиан, – проговорила она легким тоном, присаживаясь на пятки и глядя на него снизу вверх, – не буду принуждать вас к откровенности. В конце концов, мы с вами даже не друзья, и едва ли я могу претендовать на ваше доверие.
При этих словах внутри у нее что-то горько, болезненно сжалось. Но Элли напомнила себе: он ведь Принц-Демон, крыс-злодей, который ее похитил! Да, целуется он хорошо, даже очень, но нельзя позволить, чтобы один поцелуй разрушил ее планы на будущее. Весь вчерашний день она посвятила раздумьям о том, что будет делать, когда покинет замок. И сейчас, стоя на парапете и любуясь штормовым морем, она прикидывала, как убедить или заставить Демиана поддержать ее план.
Это намного важнее, чем выведывать его секреты!
Она уже начала вставать, но Демиан удержал ее за плечи.
– Не уходите, Элли, прошу вас! – обратился он к ней вдруг охрипшим голосом. – Я расскажу вам, что произошло. Вы имеете право знать правду.
Элли снова села, не сводя глаз с его застывшего, словно окаменевшего лица. Только по неестественной неподвижности черт да по хриплому голосу можно было догадаться, сколь сильные чувства его обуревают.
– Я слушаю, – очень тихо ответила она.
Он на миг отвел взгляд, затем снова посмотрел на нее своими невероятными серо-зелеными глазами и начал рассказ.
– Вы слышали о скандале, произошедшем семь лет назад со мной и одной молодой леди. Могу вас уверить, что слухи правдивы. Меня действительно застали в спальне у мисс Вероники Хиггинз. Ее вины в этом не было. Вся вина на мне.
Взгляд его затуманился, словно Демиан смотрел в прошлое.
