Он прильнул губами к ее груди, втянул в рот поочередно сперва один сосок, потом другой, слегка покусывая. У Элли вырвался вздох наслаждения. Она запустила пальцы в его спутанные волосы. Как странно видеть эту темноволосую голову на своей обнаженной груди! Но теперь Элли ничего не смущалась и не стыдилась; все прочие ее чувства затмило желание.
Неудивительно, что юных леди предостерегают от знакомства с повесами! Какая женщина сможет устоять перед очарованием такого умелого любовника?
Эта мысль возбудила в ней запретный трепет. Принц-Демон – теперь ее любовник. Грешный и совершенный.
А дальше Элли позабыла обо всем на свете; ибо он наконец опустил руку ниже и начал нежными, дразнящими движениями ласкать и осторожно раздвигать самые интимные складки ее тела. Из груди Элли вырвалось громкое: «ах!» Демиан касался ее там, куда не проникал доселе ни один мужчина. Он целовал ее, шептал ее имя, говорил о том, как она прекрасна, – и продолжал играть с ней.
Движения его стали смелее, и желание так захватило Элли, что она со стоном уткнулась в изгиб его шеи. Нежные ласки почти лишили ее сознания. Забывшись в немыслимом наслаждении, она уже не помнила, ни кто она, ни где находится, не слышала и не ощущала ничего, кроме его ритмичных движений и собственного шумного, прерывистого дыхания. Он продавливался все глубже – и она, не сознавая того, раздвинула ноги и начала подаваться бедрами ему навстречу. Внутри у нее пылал мучительный голод, его необходимо было утолить – и она двигалась навстречу его руке, задыхаясь, со стонами, молчаливо моля о большем. А в следующий миг все тело ее окатили волны неописуемого блаженства – и Элли без сил распростерлась на постели, усталая и невыразимо счастливая.
Она едва заметила, что в какой-то миг Демиан оторвался от нее, чтобы снять брюки. Лег рядом, сжал ее в объятиях – и Элли прильнула к нему, словно плющ к могучему дереву. Лежать вот так, обнаженными, в объятиях друг друга, казалось чем-то немыслимым, и в то же время странно естественным. Бедром Элли ощущала прикосновение его естества, длинного, твердого и горячего. Все еще пораженная до глубины души тем наслаждением, которое он ей доставил, она все же понимала, что сам Демиан еще не ощутил такого же удовольствия.
Он снова поместил руку меж ее ног. Один палец скользнул внутрь, начал поглаживать нежные стенки, рождая эхо прошедшего наслаждения. Лицом к лицу с ней он прошептал:
– Элли… я хочу войти туда.
– Да, – ответила она, задрожав от предвкушения.
Немедленно перекатившись, он лег на нее. Интуитивно Элли приподняла бедра и раздвинула ноги, чтобы облегчить ему вход. Острая боль внутри застала ее врасплох; Элли судорожно втянула в себя воздух, ощущая, как Демиан проникает в нее на всю длину.
Он замер, нежно отбросил с ее лица прядь волос, ища взглядом ее взгляд.
– Милая, – хрипло произнес он, – я сделал тебе больно. Простишь меня?
«Милая». Это простое слово вызвало в ее сердце шквал эмоций. Элли не могла понять, что именно чувствует, да и не хотела понимать – была слишком зачарована происходящим. Разумеется, сладкие словечки он шептал на ушко бесчисленному множеству женщин. Но это было в прошлом. А здесь и сейчас его серо-зеленые глаза пылают огнем страсти – к ней. Для нее. И как могла она считать его холодным и жестоким?
Дрожащие губы ее изогнулись в улыбке.
– О, Демиан… мне так хорошо! – И это была правда: блаженное ощущение заполненности стерло минутный дискомфорт. Элли задвигалась под ним, желая доставить ему такое же наслаждение, как и он ей. – Скажи мне, как доставить тебе удовольствие?
Она качнула бедрами, и он застонал, а на лице отразилось блаженство.
– Вот так, – пробормотал он. – Вот так!
Они целовали и ласкали друг друга. Весь мир померк; остались лишь двое, сжимающие друг друга в объятиях. Он начал двигаться внутри нее – неторопливо, чувственно, заново пробуждая в ней желание. Опираясь о кровать по обе стороны от Элли, двигался все быстрее, все мощнее – а она, закрыв глаза, чтобы ничто ее не отвлекало, полностью отдалась страсти. Руки ее порхали по его вспотевшему телу, гладили грудь, спину и бока.
Теперь, зная, какое запредельное блаженство обещает плотская страсть, Элли жаждала повторения тех ощущений. Она выгибалась навстречу его ритмичным движениям – и он вонзался в нее все сильнее, все глубже; и когда наконец сладостное напряжение разрешилось новым взрывом экстаза, Элли издала громкий счастливый крик. А мгновение спустя и он хрипло застонал, напрягся, и все его тело содрогнулось в сладостной судороге.
Он тяжело рухнул на нее; шумное дыхание колыхало ее волосы. Грудью Элли ощущала громкий, частый стук его сердца, чувствовала, как он начал успокаиваться и замедляться. Острота собственного наслаждения прошла, и Элли погрузилась в тихое, полусонное блаженство. Так вот что такое плотская страсть! Какое же это неописуемое наслаждение!
Неужели она всерьез думала, что сможет без этого обойтись?
