Открыв глаза, она с ненавистью уставилась в серокожее лицо незнакомого омрана. Сомнений не осталось, это один тех, кого послал Аллард за ней. Этот гад даже не посчитал нужным явиться сюда самому! С каким удовольствием она бы всадила заряд в его надменную физиономию!
- Может, слезете с меня? - буркнула она, пытаясь столкнуть мужчину. - Вы говорите на космолингве?
Тот глянул ей прямо в глаза, и Инга невольно вздрогнула. Мужчина смотрел на нее с таким откровенным презрением, с таким отчуждением, что девушке на миг стало не по себе.
Но омраны же не имеют права трогать ее! Даже говорить с ней.
Или она что-то не так поняла?
Мужчина поднялся и тут же развернулся спиной, отходя в сторону. Инга увидела еще одного, тоже в военной форме тарианского флота.
Тот стоял рядом с трапом, ведущим в открытый люк, и у него на лице было написано странное выражение. Такое по-детски наивное удивление, смешанное с непониманием. Он словно не верил в то, что произошло.
Девушка медленно поднялась на ноги, не спуская него глаз. Ладонью он прикрывал левый бок, где ткань комбинезона окрасилась в темный цвет, а между пальцев у него сочилась жидкость чернильного цвета.
Кровь.
Инге хватило одного взгляда, чтобы понять: это она попала в него. Наверно, именно в тот момент, когда он спускался по трапу.
- Госпожа, - морщась от боли, произнес раненый на космолингве, - я лейтенант Марайнэ с «Аламаута», а это рядовой Дайген. Амон адмирал приказал вернуть вас на корабль, и будет лучше, если вы не станете больше сопротивляться.
- Простите, - девушка инстинктивно шагнула к нему, - вам нужна помощь...
Он отшатнулся от нее, как от прокаженной. Выражение боли на его лице сменилось откровенным отчаянием.
- Нет! - слишком поспешно вырвалось у него. - Вы уже сделали все, что могли!
Второй омран глянул на Ингу с откровенной враждебностью и что-то прошипел на своем языке.
- Извините...
Инга нервно стиснула руки. Запоздалый стыд накрыл ее, заставляя кровь прихлынуть к щекам.
Она чуть не убила ни в чем не повинного человека.
Она едва не стала убийцей!
От этой мысли даже желудок заныл, а в горле застрял сухой и колючий комок.
- Пообещайте, что не сделаете попыток сбежать, и я не стану вас связывать, - произнес лейтенант.
- Что?
Глаза Инги расширились от изумления. Раскаяние, только что терзавшее ее, моментально исчезло.
- Это вам тоже приказал амон адмирал? - процедила она, не скрывая своего возмущения. - Как это на него похоже! Почему же сам не явился, забрать свое личное имущество? Я ведь просто вещь для него, не так ли?!
- Госпожа...
Она с вызовом оборвала его, вытянув сомкнутые запястьями руки:
- Давайте, вяжите! Можете хоть в кандалы заковать! И лучше сразу к кровати прикуйте, чтобы ваш амон мог воспользоваться моим телом, когда ему вздумается.
Лейтенант и его товарищ молчали, уставившись на ее запястья с выражением ужаса.
Удивленная Инга проследила за их взглядами. Рукава пиджака, позаимствованного у Стеллы, задрались, обнажая пепельно-голубую кожу, и на этой коже стремительно проступали темные пятна синяков. Следы от грубой хватки чужих пальцев.
Омраны переглянулись.
- Простите, госпожа, - Марайнэ первым опустил голову, вслед за ним повторил и Дайген. - Тот, кто посмел вас коснуться, будет наказан. Пожалуйста, наденьте схети.
Инга бросила гневный взгляд в сторону койки, где валялся ее серый плащ.
- Это что, обязательное условие? К веревкам и кандалам?
- Нет, госпожа.
На этот раз голос лейтенанта прозвучал слишком уж обреченно, но Инга, занятая собственными переживаниями, не обратила на это внимания. Охваченная праведным гневом, она прошла между мужчинами с гордо вздернутым подбородком и, не глядя на них, начала подниматься по трапу.
Оставшиеся в капсуле омраны переглянулись.
- Вам нужно перевязать рану, - тихо заговорил Дайген на тарианском.
Лейтенант Марайнэ выдавил слабую улыбку:
- Это уже ни к чему.
- Приговор еще не вынесен.
- Это лишь дело времени. Ты видел ее синяки?
- Это моя вина, лейтенант. Вы здесь ни при чем.
- Это не имеет значения, Дайген. Мы с тобой смертники, оба, и мы знали это с самого начала операции.
- Ратсова баба! - прошипел тот, сжимая кулаки. - Надо было ее силком заставить надеть...
- Это вряд ли бы помогло.
Один за другим, они поднялись по трапу в стыковочный рукав, где уже ждала девушка.
Инга слышала весь разговор, но ни слова не поняла. Тарианский язык оставался для нее недоступным секретом. И все же, каким-то шестым чувством она поняла, что речь шла о ней.
- Могли бы и побыстрее, - процедила она, нервно передернув плечами. - Раз уж вам так не терпится доставить меня вашему господину!
***
Возвращение на «Аламаут» прошло намного быстрее, чем неудавшееся бегство, и все это время Инга просидела на заднем кресле маленького разведывательного аппарата, в котором кроме нее, раненого лейтенанта и Дайгена, оказалось еще двое пилотов. Ей даже не позволили помочь в перевязке, хотя она сама предложила, чтобы хоть так загладить свою вину перед Марайнэ.
