– Никак невозможно, – возразил дворецкий, – Ее мать наверняка места себе не находит. Так ведь Петра?
– Не находит… – виновато опустила голова та.
– Так чем ты думала? – возмутился Макс.
– Я собиралась провести здесь не больше получаса и вернуться на семичасовом автобусе. Но не смогла выбраться из дома. А потом вы все вернулись и мне пришлось прятаться в камине.
– Но ты родителям хоть позвонила?
– Не успела, у меня разрядился телефон, – всхлипнула девочка.
Макс вздохнул и взял со стола ее айфон.
– Я пойду его заряжу, хоть на несколько процентов, чтобы ты смогла позвонить предупредить родителей. Иржи, иди выгоняй машину из гаража. Придется тебе и впрямь везти эту дурочку домой.
Утром Нина, несмотря на то, что вчера все разошлись очень поздно, проснулась с первыми лучами. Справедливости ради стоит отметить, что солнце в Праге в конце декабря встает довольно поздно, около девяти утра. Но Нина решила не обращать внимания на такие мелочи. Приятно осознавать, что встаешь с рассветом, а то, что он в декабре задерживается, ну так это проблемы рассвета, а не её.
Вчера Макс попросил всех остаться погостить в доме еще несколько дней, пока не найдется амулет или не прояснятся обстоятельства кражи. Все, конечно, согласно закивали. Всячески выражали поддержку, надеялись, что амулет найдется и пропажа обернется веселым недоразумением, над которым все вскорости посмеются. На словах Макс соглашался, но по его расстроенному виду, было понятно, что в такой исход он не верит. Все понимали, что, на самом деле, Макс подозревает каждого. Ведь если в дом не проникали посторонние, значит, амулет похитил кто-то из своих.
Думать об этом было неприятно, но факт остается фактом. Никто не обвинял друг друга прямо, но, припомнив вчерашний день по минутам, выяснилось, что стопроцентное алиби есть только у Нины, Александра и Анчута. Они постоянно находились на виду. Остальные отлучались: кто на час, кто больше и теоретически имели возможность совершить кражу.
Кому понадобился амулет и для чего? Сейчас это был главный вопрос, который завис в воздухе и, так или иначе, беспокоил каждого. Нина не огорчилась, узнав, что придется провести в особняке еще несколько дней. Ей нравилось место, компания была приятна, а посетить экскурсии и осмотреть пражские достопримечательности они смогут и позднее. Благо отпуск длинный, а обратные билеты пока не куплены.
Нина спустилась в столовую. За большим столом сидел Григорий, пил кофе и читал с телефона новости.
– Доброе утро, – улыбнулась ему девушка, – ты тут в одиночестве?
Григорий поднял голову.
– Доброе. Да. Судя по всему, сегодня только мы с тобой ранние пташки. Не считая, конечно, Берты. Иногда у меня создается впечатление, что она вообще не спит.
– Это вряд ли. Или ты хочешь сказать, что она и сегодня встала затемно, чтобы успеть напечь нам булочек к завтраку? – Нина наигранно удивилась.
– С нее станется, – со смехом сказал молодой вампир. – Но сегодня нет, вчера она напекла такую гору, что хватит на несколько дней. Однако, я уже видел ее сегодня утром за хлопотами по хозяйству.
– Святая женщина!
– Да, с ней Максу повезло. Экономку не раз пытались переманить в другие дома, обещая, с её слов, большую зарплату и лучшие условия, но она отказывается. Говорит, что Макс без нее пропадет. – Григорий усмехнулся. – Я думаю, она недалека от истины.
Нина налила себе кофе из кофейника и соорудила бутерброд из лежащих на столе булочек, колбасы и овощей.
– А вы с Максом давно знакомы? – спросила она, присаживаясь за стол напротив Григория.
– Довольно давно. Еще с детства. Вампиров в Европе не так уж много. Все семьи более-менее друг с другом знакомы, даже если близко и не общаются. Мы с Максом вместе учились в школе, но дружить начали после одной забавной истории. Рассказать?
– Конечно! Очень интересно, – воодушевилась Нина.
– Что же. Придется начать издалека. В Праге проживает весьма необычный вид вампиров.
– И чем же они примечательны? Предпочитают вместо крови томатный сок?
– Нет, – улыбнулся Григорий. – Кровь им необходима, для поддержания жизнедеятельности, как и всем представителям этого рода. Но кормятся они интересным способом. Не через укус клыками, как все, а при помощи языка, как комаришки и бабочки. Выглядит это дело почти как у людей за исключением того, что кончик языка у них раздвоенный, как у змеи. Только кончик. Маскироваться среди обычных людей им намного удобнее. Поцеловал девушку такой «красавчик» по-французски с язычком, и подкормился. А жертва ничего и не заметила. Только маленькая кровоточащая ранка во рту осталась, которую легко оправдать страстностью партнера.
– Бр-р-р, –поежилась Нина.
– Причем кормится могут с любого места, как насекомые. То есть лизнул за ушком, где кровоток ближе к коже, и человек даже не почувствовал, что его травмировали.
– Первый раз про такое слышу. И что этот вид живет только в Чехии?
– Не только. Есть несколько семей в Венгрии, в Румынии, в Сербии и в Словении. В Праге живет одна семья, благодаря которой я сблизился с Максом.