Он смотрел на неё снизу вверх, абсолютно обнажённый и прекрасный в синем свете мониторов. Она видела, что принятое уже крепко подействовало. И она знала, чего хотела.
– Лина, ты не удивляйся моей странной просьбе…
– Я не удивляюсь, – ответил растерянный голосок.
– Мы, наверно, слишком мало знакомы, но у меня мало подруг, и среди них не найдётся никого, кто так же хорошо умел бы одеваться.
Лина была польщена. Мастер-классы по развитию женственности принесли наконец пользу! Если мужик не повалил косяком, то хотя бы конкурентки уважают.
Впрочем, уважение ли – просьба помочь за спасибо?
Уже с полгода пылился, не принося дохода, сайт, предлагающий услуги стилиста, однако Эвелина Додошина не теряла надежды стать законодательницей мод и по-прежнему позиционировала себя как гардеробного гуру. Холмская наверняка знала это, просто возомнила, что имеет право получить услугу на халяву. Может, если чуть не подрался с кем-то, автоматически становишься его закадычным другом?
– Занята, – предположила Вера.
Лина лихорадочно соображала.
Ей было нестерпимо одиноко, и всё же те милые вещи, которыми подруги разбрасываются просто так, она твёрдо решила продавать за фиксированную плату, не делая поблажек никому.
С другой стороны, первое занятие часто бывает бесплатным.
В фитнес-центрах это называется знакомством с тренером.
А гастрономы устраивают дегустации.
И раздают же, в конце концов, известные фирмы пробнички!
Великая имиджмейкерша вспомнила, по какой причине увлеклась пробниками; снова вспыхнул огонёк упрямого желания заработать себе на красивую жизнь в полном размере вместо того, чтобы отклеивать мелюзгу «Шанель» от противной клеевой сопли между рубриками «Экономь» и «Житейские истории».
Качели долго метались из крайности в крайность. Эвелина соскочила с них прямиком в торговый центр. Царство магазинов было её вотчиной, здесь она ощущала доброту, поддержку окружающих (пусть продавщиц, пусть через одну). Уверенности придавало знание всех марок, их ценовой категории и целевой аудитории.
– Пойдём туда, где кружева, – предложила она сходу Вере.
Та как раз перекрасила свои длинные волнистые волосы в кислотно-зелёный цвет и с сомнением смотрела на перспективу дополнить причёску нарядом тургеневской барышни. Может быть, позже? Когда возникнет желание принять участие в театральной постановке о болотных ведьмах?
Додошина поняла её колебание по-своему и ласково предложила вводное занятие по практической стилистике абсолютно бесплатно.
– Для меня как для эксперта опыт очень интересный, – щебетала Эвелина, прикрывая свою неуверенность то драпированной юбкой, то вышитым сарафаном.
Она выуживала вещи наугад и, зажав вешалку в вытянутой руке, ставила их стеной между собой и проницательным взглядом зеленоватых глаз.
Всё это бохо, конечно, нисколько не шло Вере, мчащейся впереди моды на самокате. Даже если бы она жила в эпоху хиппи или воплотилась в крестьянку девятнадцатого века, праздная развязность одеяний и тогда была бы ей не к лицу. Что уж говорить об эре высоких скоростей, которая так и манила облачить спортивные изгибы бедренных мышц в облегающие ультрасовременные материалы и обуться в зеркальный пластик, уподобив ноги железным конечностям робота! Единственным гостем из прошлого, которого Вера была бы рада видеть в своём гардеробе, был глянцевитый шлем, который когда-нибудь вихрь джазовых двадцатых влепит в нашу открытую моду так же резко, как падает на страницу журнала блестящий жук.
– Я похожа на кикимору, – сообщила Холмская своей непрошенной наставнице, нацепив макси.
Эвелина смотрела не на неё, а на ансамбль, который составила из юбки, блузки и аксессуаров в точном соответствии с рекомендациями своего любимого блоггера. Пастельные вещи подходили друг к другу, только не комбинировались с живым, умным лицом, будто бы вклеенном в эту груду мятого тряпья на фотошопе.
– Низкая самооценка у тебя, – безапелляционно прозвучал вердикт Додошиной.
Вера вспомнила, как последний раз ходила к врачу. Точно таким же голосом участковый поставил ей диагноз ОРВИ – не глядя на пациентку, не измеряя давление и температуру, а просто продолжая логическую цепочку, где каждое звено в очереди болело гриппом.
– Я в себе достаточно уверена, – хмыкнула Вера. – Во мне не уверены некоторые мужчины, и одного из них ты знаешь.
– Виктора? – поразилась Эвелина. – Витю нашего хочешь охмурить?
– Я его уже охмурила, но у нас как-то не заладилось, а потом ещё один был…
– Посолиднее? – оживилась жена бизнесмена.
– Наоборот, помоложе.
Ответа не последовало, просто погас огонёк в глазах.
Чтобы смягчить разочарование, пришлось признаться – у юноши всё-таки есть своё небольшое дело. Вдаваться в подробности Холмская не стала – она не считала перепродажу настоящей работой, а масштаб денежного оборота ей был неизвестен. Не знала она и того уровня дохода, начиная с которого Эвелина считает мужчину мужчиной. Та настолько удивлена была её страстью к середнячку Витторио, что вряд ли даст дельный совет по поимке ещё более мелкой рыбёшки.
