– Владычица… что ж Владычица… она ведь так слаба теперь… Может, исцеление долго не продержалось. Может… – Таннгност был смущен. – Питер, я просто не знаю. Хотел бы я знать ответ!
– Нет, – сказал Питер, покачав головой. – Нет, это не тьма. Не верю.
Через порог, пятясь, не сводя глаз с леса, шагнул Лерой. Наткнувшись спиной на дверь, он поспешил закрыть ее и завозился с тяжелым засовом.
– Где он? – спросил Таннгност.
Лерой подскочил от неожиданности, засов выскользнул из его рук и с громким стуком упал на каменный пол. Лерой обернулся, в страхе заозирался, перевел взгляд с Секеу на Питера и испуганно вжался спиной в дверь.
– Это Ник убил ее! – крикнул он.
– Да, да, – нетерпеливо рыкнул тролль. – Где он?
– Там, в лесу, – быстро ответил Лерой. – Я хотел его остановить… но у него меч… тот самый, его меч, и я не… не смог. Я хотел его остановить. Было бы у меня оружие – и остановил бы.
– Точнее! Где «в лесу»? – требовательно спросил Таннгност. – В каком направлении он побежал?
– В сторону Гогги-крик.
– Питер, – сказал Таннгност, – его нужно поймать как можно скорее. Немедля.
Питер не отвечал.
– Питер, неужели не понимаешь? Мы не можем допустить, чтобы он попал в руки Пожирателей плоти. Он знает, где Дьявол-Дерево. Знает, сколько нас, знает все наши планы. Они заставят его говорить. На кон поставлено все, Питер. Он знает, где находится Гавань!
Но Питер не сводил глаз с длинных черных волос Секеу, рассыпавшихся по полу из-под одеяла. Коснувшись этих волос, он провел по ним кончиками пальцев. «Секеу… Как же так?»
Красная Кость принес Питеру копье. Дьяволы выстроились за его спиной. На их лицах застыла тревога.
– Мы готовы, – сказал Красная Кость. – Питер?
– Идите, – вмешался Таннгност, подталкивая Дьяволов к выходу. – Скорее, пока не поздно. Берите всех. Каждая пара глаз на счету. Дэнни, Сверчок, вы тоже.
Сорвав со стены пару копий, он едва ли не силой сунул их в руки Сверчка и Дэнни.
– Не искушайте судьбу. Помните: это не Ник. Вашего друга Ника больше нет. Осталось только чудовище в его обличье, – Таннгност повысил голос. – Убейте его, как только увидите. Делайте что угодно, но не дайте ему угодить в руки Пожирателей плоти!
Питер не двигался. Казалось, голос Таннгноста доносится откуда-то издалека.
Тролль присел рядом с ним.
Питер продолжал гладить волосы Секеу. Мысли путались в голове, спотыкаясь одна о другую. Он прижал руку к виску.
«Как же я мог это допустить? Почему? Потому что был совершенно уверен. Потому что собственными глазами видел, что Владычица исцелила его, вот почему. Нет, тут дело в чем-то другом. Иначе и быть не может».
Он взглянул на Маладриэль, на кровь – кровь Секеу, еще не запекшуюся на тонком эльфийском клинке – и сдвинул брови. «А ведь Лерой сказал, что меч у Ника, в лесу? Да, так и сказал, и даже подчеркнул».
– Таннгност!
– Да?
– Ты видел, как Ник убил Секеу?
– Да… Э-э… То есть нет. Именно этого я не видел. Но…
– А ребята? Кто-то из них это видел?
– Да. Лерой.
– Где Лерой?
– Пошел со всеми.
Питер задумался. Лерой вел себя как-то странно. Он вряд ли мог бы сказать, в чем состоит эта странность, но был уверен: здесь что-то не то.
– Мне нужно поговорить с Ником!
Прежде, чем тролль успел возразить, Питер подхватил копье и помчался наружу.
«Идут», – подумал Ульфгер. Мальчишки и девчонки, общим счетом двадцать три, а то и двадцать четыре, шли вперед редкой цепью, преследуя кролика. Открыв глаза, Ульфгер увидел едва заметный свет среди ветвей: низкие тучи озарил первый утренний луч.
Он снова закрыл глаза: с закрытыми глазами теперь было видно гораздо больше. Казалось, чем дольше он носит шлем, тем дальше может видеть, как будто шлем и его разум понемногу сживались друг с другом, сливались в единое целое.
Кролик снова замер впереди. Ульфгер чуял его растерянность и страх. Чуть дальше, за опушкой леса, ждали они, Пожиратели плоти, так много, что и не счесть, и все они были исполнены ненависти и жажды крови.
Он следовал за кроликом всю ночь, не позволяя тому сбиться с пути. Стоило кролику замедлить шаг или свернуть в сторону, он просто показывался ему на глаза, и кролик вновь пускался бежать.
Должно быть, Аваллах был благосклонен к нему. Даже слишком благосклонен: все вышло – проще некуда. Кролик выведет похитителя детей и его щенков прямо на Пожирателей плоти, прямо к их ловушке. А потом – о, потом… Невольно рассмеявшись, Ульфгер никак не мог остановиться. Казалось, этот смех не прекратится никогда.
Неподалеку треснула ветка. Ник встрепенулся и открыл глаза. Сквозь путаницу ветвей над головой пробивался слабый свет. Сколько же он проспал? Ник тревожно огляделся. А где же этот?.. Как он мог уснуть, когда его преследует эта жуткая тварь? Всякий раз, стоило только подумать, что ему удалось оторваться, стоило только остановиться, чтобы перевести дух, этот страшный великан появлялся вновь и устремлял на Ника огненный взгляд, проникавший в самую душу…
