Рыжий стал пересказывать свою версию событий кратко и сухо. Но когда дошел до смерти Ледоны, слезы полились сами собой. В присутствии Аурозалии и Хатореля, знавших его более века и видевших в любых состояниях, сдерживаться совсем не было сил. Ледоне недавно исполнилось двести. Праздновали в позапрошлом году всем кварталом: маленькую жрицу Похитители Солнца уважали и любили. Кому она могла помешать?! Она же никогда в жизни никому не пожелала зла! Хаторель о смерти Ледоны не знал: надеялся, что несовершеннолетнюю целительницу даларанцы пустили к себе переждать опасность, и через несколько дней она найдет способ добраться в Квель’Талас сама. Зато сообщил о смерти Арзайла, главного змеезаводчика Похитителей Солнца, младшего сына Весары.
Потом рыжий рассказал о своем заключении в Аметистовой Крепости.
- Ну и что ты переживаешь, что ничего не смог сделать? – возразил ему Хаторель, когда архимаг дошел до той части, где увидел поочередно телепортирующихся Похитителей Солнца. - Целителя для раненых сумел выпросить – это же очень важно!
- Но я не сделал ничего для Зуроса, - ответил Этас и невольно принялся оправдываться. - Они с великим магистром сражались, я хотел им сказать, но…
- Но правильно сделал, что не полез под руку боевым магам, - перебил его друг, а Аурозалия согласно закивала и погладила рыжего по плечу. Хаторель презрительно скривился и добавил: – И вообще, нашел, кого жалеть.
- Квел’дореи что, не эльфы что ли? – пробурчал архимаг.
- Смотря какие, - пожал плечами Хаторель. - Серебряные вот явно не заслужили сострадания.
- Они же не все одинаковые! – воскликнул Этас, сердито глядя на своего друга. Да что с ним такое? Он никогда не был злым и бесчувственным. Да, он сегодня насмотрелся на убийства, тоже, наверное, впервые в жизни, но разве это не должно было напомнить ему, что ценна жизнь каждого эльфа, а взаимная ненависть только приводит к конфликтам и кровопролитиям?! - Ратаэлле, например, совсем не нравилось то, что Вериса их заставила делать. И я уверен, Ратаэлла никого не убила!
- Зато ее прикончили, - с непонятной интонацией хмыкнул Хаторель, криво усмехаясь. - Наемники.
- Тебя это радует? – рыжий вскочил на ноги. «Прикончили». Убили! И еще и золотишка получили за это. Разве она нападала на кого-то? – Ты что, тоже такой же? Знаешь, когда мы убегали из тюрьмы, магистр Роммат и его наемник убивали всех Серебряных, кого видели. Без разбору, нападают или нет, даже раненного. Просто за то, что на них накидки цветов Серебряного Союза! По-твоему, это было хорошо?
Он ужасно боялся поссориться с Хаторелем снова, но не мог позволить ему превратиться в такого же мстительного и озлобившегося эльфа, как великий магистр, который убил сегодня нескольких соплеменников и даже не попытался поискать другой выход. Надо объяснить ему!
- Уймись, - зашипел на него Хаторель. – Они что, должны были сказать «Selama ashal’anore» и позволить себя убить?
- Но не нападать же первыми!
- Этас, ты идиот? Серебряные напали первыми! – Хаторель тоже вскочил с дивана и теперь смотрел на рыжего так, словно хотел постучать ему по лбу и по звуку проверить, есть ли что-нибудь там, под черепом. - Они устроили весь этот ужас! Никто бы не пострадал, если бы они не начали бойню! А если в уже начавшейся битве каждый раз ждать от каждого врага первого удара, то проживешь минут пять, не больше!
- Но это не правильно! – возмутился Этас. Да как же ему объяснить? Может, ему просто нужно время, чтобы осознать, что убийство Серебряных не возвращает к жизни убитых Похитителей Солнца? Что это не компенсация и не восстановление баланса.
- Зато вы добрались до Квель’Таласа живыми! – отрезал Хаторель, сердито глядя на друга.
Рыжий закусил губу и отвел взгляд в сторону, не зная, что возразить. Почему-то собственные аргументы теперь стали казаться ему неубедительными. Когда он стоял здесь, в спокойном безопасном городе, живой и невредимый, осуждение методов спасителей начинало отдавать лицемерием. Восклицание, что лучше бы тогда уж не добрались, но не проливали кровь и не превращали Этаса в невольного соучастника этих убийств, было бы ложью. Он хотел жить сильнее, чем сохранить жизни Зуросу и тем пятерым квел’дореям, которых великий магистр и Броуг убили на его глазах во время побега.
- Уймитесь оба, - зевнула Аурозалия, до этого с легким любопытством оглядывавшая спорщиков. Она тоже поднялась с дивана. - Хватит ругаться. Идите спать, у вас завтра куча дел.
- Конечно. Извини, Роз, - сказал Хаторель. Рыжий кивнул, радуясь, что когда у него закончились аргументы, спор был прерван. Позже он придумает, как объяснить другу, что тот не совсем прав.
- Ну что, вам на диване постелить или составите мне компанию? – спросила талассийка и с притворной строгостью оглядела парней. - Или вас лучше по разным комнатам развести, чтобы опять не поругались?
- Составим, - решительно объявил Хаторель.
Когда Роз ушла в душ, он схватил Этаса за плечи, развернул к себе и сердитым шепотом принялся выговаривать:
