Так, а теперь быстро в свою лодку, и осмотр находок. Вышел на середину реки, налил, успокоил нервы. И понял, что хочу жрать. Горяченького. Так что спиннинг в руки и вперёд. Долго идти не пришлось, сначала, минуте на третьей, взяла щука. Кила три. Отпустил. Мелкая, костлявая и невкусная. Минут через пять — таймень. Никогда не ловил и глазами не видел, но вроде бы он. Ох и сильная рыба — боролся с ним минут десять, веса кил семь-восемь точно. Значит, причаливаемся, и готовим. И на сейчас, и про запас. Крупно, ломтём на всю сковородку. Сейчас просто рыба с огурчиком, пока не завяли, а вечером ещё с картошкой сделаю. А разбор трофеев оставлю на вечер, хотя так заманчиво рюкзачок на носу лежит, только руку протяни.
Вот что значит находиться несколько дней на чистой, незагаженной человеческим присутствием природе! Инородный объект глаз засёк с максимально возможного расстояния. То есть как только вышел из-за мыса, так на следующем повороте, это с полкилометра где-то, сразу же что-то замаячило. Цвет! Нет такого в естественной среде. Резко тормознул и ушёл назад. Без разворота, задним. Моя лодочка хоть и белесого оттенка (хорошо, баллоны на солнце не раскаляются), но прекрасно понимаю, что она такая же чужеродная здесь. Здорово, что бесшумная. Лодочный бензиновый движок на реке слышно за километры.
Берег не очень удобный, но выкарабкаемся. Было тепло, сидел в одних шортах. Пришлось одеться. Хоть армейская снаряга — это точно не лучшая одежда для природы, особенно, когда есть выбор и деньги, но к своей просто привык. У меня бундесовская, флэктарн. Раньше ходил в камуфле физилеров, в ней лейтенант Тарасов из «Зоны особого внимания» бегал. Та приятнее была, но истрепалась совсем. Но и немецкая, если её несколько раз постирать, так вполне приемлема на теле.
Шляпу надвинул на нос, не надо показывать светлое пятно лица и лысины, залёг и наблюдаю. Через пару минут, когда глаза привыкли, убедился, что это лодка. Если вы хотите рассмотреть что-то вдали, и нет никакой оптики — не спешите. Если несколько минут из статичного положения смотреть — глаз адаптируется, и проявятся детали, неразличимые сразу. Лодка притоплена. Не пустая. Внутри вроде что-то есть. Стоит неправильно, прибило к берегу, специально не ставили. Берег в том месте для высадки неудобный. То есть просто принесло течением. Ещё минут десять понаблюдал, послушал, убедился и пошёл к находке. А погода-то портится. Дело явно к весенней грозе идёт.
К лодке подходил спокойно, не опасаясь. Чего покойников-то бояться. Да и лодкой это назвать можно было только условно. Половина правого борта и весь транец были просто вырваны. Вместе с ногой того, кто в этой лодке был. Когти у этого существа были сродни лезвиям — прямо видны были эти линии реза. Догнал-таки этот медведик человека, когда тот уже в лодку запрыгнул, и лапой махнул. Лодка не утонула только за счёт трёх уцелевших пенопластовых блоков непотопляемости. Так, притопленной, по течению сюда и отдрейфовала.
А человек или от удара умер, или просто кровью изошёл. А речные обитатели добрали оставшееся. Так что на днище лежал просто мешок с костями. Мешок в виде бывшей когда-то военной формы. Старой. Необычной, по памяти такой не знаю. Но галифе — это точно из старого. А самое ценное было под ним. Доставал — руки тряслись. На вид сразу не признал, понял только, когда передёрнул затвор, и на ладонь вылетел маленький тупоконечный патрон. Да чтоб вас, нашлось, с чем медведей воевать. Итальянская винтовка Каркано, калибр 6,5 мм. В магазине осталось 4 патрона. Два, значит, в мишку успел выпулить.
Больше в лодке не было ничего. Вообще. Совсем. Да и лодки как таковой не было. Но нельзя же уйти, так просто оставив. Так что вытащил пенопласт из отсеков непотопляемости, связал его шнуром и кинул себе за корму. Не знаю, зачем. По жлобству. Вытащил то, что от человека осталось, и прикопал тут же, на склоне. Как руками сумел. Ещё раз перещупал всё, что осталось от лодки, убедившись, что ничего больше нет. Постоял, помянул неизвестного бедолагу, поставил тент, и пошёл под первыми каплями надвигающейся грозы к видневшемуся внизу красивому участку берега. Красивому — в смысле, что там удобно пристать и переждать дождь.
Как ни хотелось Сандре рвануть побыстрее, но идти лесом без даже намёка на тропинку — это занятие не для слабонервных. Особенно, когда ты не в туристическом облачении, а в юбочке, колготки уже вдребезги (сняла, связала в узелок, сунула в сумочку — вещь, пригодятся)… И, что Сандра быстро оценила, — ей повезло с погодой. Солнечно, но не жарко, и ещё — не донимали насекомые, которых она ужасно боялась: на юге каждая такая тварь опасна. Вообще-то в лесу было тихо, и только иногда какая-нибудь птичка подаст голос. По дереву по спирали снизу вверх пробежал зверёк с серым пушистым хвостиком, добрался до верхушки и исчез, перепрыгнув на невидимую для Сандры ветку…