Встретившись в субботу с Сандрой и Карлой в кофеенке, туристи русси угостили девушек — и своих, и новых подружек — эспрессо, а себе заказав «доппио» — эспрессо двойной. На этот раз бариста встретил их широкой улыбкой, как старых приятелей, и эспрессо готовил заметно быстрее, включив вторую кофемашину…
Погуляли до полудня, зашли в кафе перекусить. Карлу опекали другой парень, Виктор, и его девушка, у них в смартфонах тоже были переводчики с голосом, но они проговаривали написанные тексты. Дожидаясь своих спагетти, Сандра решила выяснить, что это за программы-переводчики: ей как-то не приходилось ни с чем таким иметь дела.
У «Тольятти» программа была из самых новых китайских, а Сандре и Карле он предложил поискать Traduttore di Google, который и был запросто обнаружен на смартфонах обеих подруг после того, как официант сообщил им пароль от бесплатного для посетителей Wi-Fi. Abbastanza per entrambi, сообщил им Гугл: «Вам этого хватит».
«Тольятти» задумчиво жевал спагетти, а потом попросил у Сандры её смартфон, который она отдала, не задумываясь. Он некоторое время нажимал кнопки, потом за чем-то наблюдал — молча и сосредоточенно. Вернув Сандре её смартфон, он снова достал свой, говорящий.
— У тебя теперь есть словарь, которому интернет не нужен. Учи русский понемногу, вдруг пригодится…
— Тольятти, — хихикнула Сандра
Компания, уже подуставшая, неспешно перемещалась от магазинчика к магазинчику, русские девушки постепенно тоже втянулись в беседы, у них к тому же оказался некоторый запас итальянских слов… Во всяком случае, названия брендов одежды и косметики они знали и произносили уверенно…
Как удивительно кстати однако появился в её смартфоне этот словарь-переводчик… В общем, этот невероятный день закончился так же невероятно, как и начался. Последняя мысль, которую Сандра успела поймать, проваливаясь в сон: «Интересно, где я проснусь?»…
— Нет, Сандра, ты сидишь здесь и никуда не идёшь. Сейчас меня на ту сторону перевозишь — и назад. Здесь сидеть и никуда не дёргаться. Ждёшь, когда сигнал дам. Понятно? — Весь этот разговор сопровождается отчаянной жестикуляцией. А перед этим то же самое, продублированное переводчиком смартфона, и несколько раз. Даже удивительно, как быстро научились два человека понимать друг друга, говоря на разных языках. Конечно, если жестами дублировать всё. У итальянцев бурная жестикуляция вообще в крови… Вот, на третий день уже вполне понимаемся. Весь следующий день, после того, как встретились, стояли на месте. И, в основном, тыкали пальцем в экран телефона. А где? А что? А как? А что дальше? А куда? И что делать? Неужели так? Но, в общем, Сандра уже успокоилась и привыкла. А когда написал ей, что в футболке она очень красивая, так в ней только и ходит.
А сейчас ей страшно оставаться самой, хоть и на лодке. Можно было бы и вдвоём пойти, но сильно мне тот мужик с ружьём не нравится. — Когда собрались, наконец, и пошли дальше, эту протоку влево увидели часа через три. А на мыске мужичок, и с ружьём. Тормознул метров за сто пятьдесят — лодке много не надо, если пальнёт сдуру. Мужик сразу спрятался, ну, это как он считал: видимо, не представляет, как это с реки выглядит. И не высовывается, хотя я ему и махал, и кричал. Скорее всего, здесь и жили те, чьи останки нашёл раньше. Надо идти, выяснять, где же мы есть. Но — стрёмно. И отчаянно давит жаба — рюкзачок ведь отдать надо в подтверждение, и Беретту. А вот карабин… Как говорил Верещагин: «Нет, ребята, пулемёта я вам не дам…».
Так что сначала иду сам, а потом, если не договоримся, Каркано я подберу. А пока повисит в воде на поплавках из пенопласта. Глубина здесь довольно ровная, три, три с половиной метра, так что отмерил два метра нитки со спиннинга, и внизу самый здоровый тройник прицепил с грузом. Далеко не уплывёт, как к более мелкому вынесет, так и встанет. В общем, помахал мужику условно белой тряпкой и пошёл к берегу, только повыше по течению. Там берег светлый, пройти нормально будет. Выскочил, и Сандру сразу отправил назад, за поворот. Девочка умная, не спеша доведёт.
Иду по берегу медленно, руки вперёд выставил, показываю — ничего нет. И вообще, я весь белый и пушистый, не надо в меня целиться, сука. Боишься — ствол держи в эту сторону, но опущенный. Мужик из куста вылез, на опушке стоит, нервный какой-то. Но ружьё опустил, только показывает — проходи мимо меня, и вон туда. Иду. А тропинка-то хорошо натоптана, живут здесь давно, но людей не очень много.