— Значит так. Мы сейчас возвращаемся на базу, связываемся с Замком, докладываем обстановку и запрашиваем разрешение на проведение дальнейшей разведки. Дадут добро — поездим, посмотрим, куда дальше ведёт эта дорога. Нет — уходим домой. Строить из себя самого умного — не хочу. Во-первых, не женское это дело — воевать. И во-вторых, мы действительно не сможем ничего сделать, если Альянс захочет решить силой. Так что — собираемся, возвращаемся, и завтра — идём или на разведку, или домой. Как решат. Если сейчас с Альянсом вдруг столкнёмся — на поражение не стрелять! Ваня, есть что забирать из твоей крытки?
— Да, это близко, полчаса на всё.
— Давай, ждём тебя.
Мотоцикл — транспорт шумный. Но когда он едет на тебя, а тут ещё и свой двигатель работает… В общем, я сначала услышал, как дважды над головой бахнул Хеклер, и только потом увидел двух выскочивших на нас байкеров. Один сам завалился, а второго Нора заставила это сделать, выстрелив третий раз. Тут уж я подхватил свой Манлихер и побежал к лежащим метрах в семидесяти от нас мотоциклистам.
Одеты, в общем-то, стандартно для Платформы — непонятного происхождения камуфляж, берцы, разгрузки с навешанными подсумками. Один — лет до тридцати, круглолицый, за спиной — Маузер, классический 98к. Второй — постарше, лет сорока, смуглый… На араба похож. Автомат — вроде как ранний Шмайссер, только на картинке такой видел, — и кобура с пистолетом. Лежат, зыркают зло, благо, хоть воевать не рвутся.
Смотрю, Сандра тоже подскочила, стоит грамотно, сбоку, Норе линию стрельбы не перекрывает. Поставил на ноги молодого, упёр в дерево, раздвинул ноги, сдёрнул винтовку, разгрузку, охлопал. Ножик ещё нашелся, я в них не особо разбираюсь, но что-то из крутых. Достаю стяжки из своего кармана, делаю эрзац-наручники: пускай стоит, дерево обнимает. Со вторым обошёлся примерно так же, разве что по почкам прикладом пришлось добавить, чтобы не дёргался. А пистолетик-то у него — Вальтер П38. Видать, судьба у меня такая — то на той Земле, что на этой — не хотел, а придётся носить.
Стою, в упор рассматриваю пленников.
— Абла эспаньол? — стоят, тупо смотрят.
— Шпрехен зи дойч? — старший дёрнулся.
— Найн, зер шлэхт.
— На русском говоришь?
Старший опять изобразил понимание, что-то сказал молодому на английском. Английского не знаю, но дикий акцент даже мне слышен.
— Я на собачий мови розмовляты нэ буду.
Вот это номер! Ну, поговорим:
— Тю, Мыкола, ты що, з Тернопиля?
— Я нэ Мыкола, я Васыль….
— Та мэни ниякой ризныци, як тэбэ зваты.
В общем, Васыль выложил всё, как на духу. Главное, знать, как стимулировать. Приехали они сюда вчера вечером, после дождя. На катере, который уголь возит. Там сейчас сделали настил, привезли грузовик и их с мотоциклами. Километрах в десяти дорога подходит к воде, там заводина, где они причаливали и выгружались.
Сейчас катер опять идёт сюда, везёт кран. Будут вывозить локалку. Ещё два водителя и охрана, не знает, сколько их будет. Сапёр — да, тот, второй. Он курд, давно уже в Швеции живёт. Их послали место проверить и снять мины. А Васыль… Как границу открыли, они семьёй сразу с Украины и уехали. Помыкались, поездили, в Швеции осели — как беженцы. И всё хорошо было — и тут этот Перенос…
На подвеске сапёра хрюкнула рация.
— Скажи ему, чтобы ответил. Мы вас сейчас отвезём назад. Вы незаконно находитесь на находитесь территории Аргентины и пытались совершить кражу нашей собственности. Вытащил из подвеса курда рацию, сунул ему под нос. Васыль ему что-то сказал, тот оттранслировал. Перекусил стяжки, показал на завал.
— Сам ставил, сам иди снимай. Протянул ему сумку с инструментом.
Курд недовольно побурчал на непонятном языке, но пошёл. Остановился, всё тщательно осмотрел, проверил вторую гранату растяжки. Всё нормально, ничего не тронуто. Полез с кусачками… Бум!!! Девчонки отвернулись — зрелище неаппетитное. Васыль побледнел. Появился Иван, но Нора его оттащила в сторонку и тихо объясняет. Он рот не открывает — и то хорошо.
Так, сейчас главное — Ивана заткнуть. Достаточно одного говорящего по-русски в этой компании. Подошёл.
— Ваня, ты сейчас откликаешься только на имя Хуан, а ведёшь себя, как немой. Чтобы я от тебя ни одного звука не слышал. Понял?
— А…
— Ваня, ты — немой. Понял? Сейчас говорить только я буду. Иди, забери оружие и разгрузки, выбери, что тебе больше понравится. И — громко — энтиндес? — Иван закивал и побежал выполнять. Поднял и убрал с дороги мотоциклы, покрутил в руках оружие, выбрал Маузер. И правильно.
Долго вспоминал, как по испански сказать «садись в машину» — так и не вспомнил. Поступил проще: освободил Васыля и ему сказал — сидай! Остальные сообразят.