Действительно, порядок, в котором выстроились кадавры, никак нельзя было назвать боевым. Три строя, два напротив друг друга, по правую и левую руку от возвышающейся над залом конструкции, и один, тот самый «куцый», «лицом» к ней же. Неполное каре, можно сказать. У Рида, конечно, бинокля при себе не было, но и он отчётливо видел всю странность построения.
– Нам же лучше, – прогудел Гобс. – Проще будет уничтожить этих железок и избавиться от их угрозы. Выдвигаемся?
– Да, – задумчиво кивнул зеелёйт. – Но сначала… Нойнит, отошли двух бойцов на поверхность с докладом. Пока мы закончим разведку, пусть прокидывают освещение и начинают готовить груз к вывозу.
– Может быть, тогда и подкрепление запросить? – спросил Рид.
– Нет у нас подкрепления – кривился Раанд. – После выходки Бода зеемайр был вынужден отправить бойцов в разъезды по острову, чтобы не пропустить возможную атаку. Да и… что, мы не справимся с полусотней этих жестянок? Сколько уже ядер в твоей сумке, йор Ридан?
– Почти полсотни, – вздохнул тот.
– То-то же. Не думаю, что здесь возникнут какие-то сложности, – усмехнулся орк и, повернувшись к подошедшему зеевибелю, кивнул. – Ну?
– Приказ выполнен, ван зеелёйт, – отрапортовал Нойнит. – Доля и Свист ушли наверх.
– Замечательно. Тогда выдвигаемся. У нас всего час до тех пор, пока «люстры» не погаснут. За это время желательно пройти зал насквозь и разобрать кадавров на запчасти.
Идти по довольно узким «коридорам» оказалось довольно скучно… и долго. Несмотря на залихватское настроение, Раанд не забывал о безопасности, так что разбившаяся на две части группа уходила вглубь «лабиринта» с немалой осторожностью. Четверо бойцов двигались по верхам, рискуя загреметь с древних ящиков, не вынесших подобной нагрузки, остальные же топали ножками по полу, поворот за поворотом приближаясь к «плацу» в дальнем конце зала, где обосновались кадавры. Ну да, как сказал сам зеелёйт: «А где гарантии, что железяки не оставили засаду по пути?»
Но засады не было… зато с избытком хватало разъехавшихся куч сгнившего хлама, через которые приходилось перебираться, рискуя переломать ноги, и пыли, поднимавшейся облаками, стоило кому-то неосторожно задеть очередной полуистлевший тюк.
Как бы то ни было, спустя полчаса изрядно перемазавшийся отряд без приключений добрался до площадки, на которой застыли кадавры. Исключением из всей группы был Гобс. К магу Тверди, похоже, ни грязь ни пыль не липли категорически. Так что, когда разведчики притормозили перед очередным поворотом, ведущим к «финишной прямой», чтобы дождаться спускающихся с верхотуры бойцов и распределить всю компанию по позициям, на Гобса поглядывали с некоторой завистью.
Раанд выслушал короткий доклад наблюдателей, здесь же в пыли набросавших план площадки и указавших расположение возможных препятствий и самих кадавров и, заставив всех присутствующих сверить часы, разослал большую часть отряда в разные стороны, на поиски удобных позиций для ведения флангового огня, благо площадку со всех сторон подпирали терриконы ящиков и тюков, с высоты которых можно было вести точный огонь, почти не опасаясь противодействия. Ну а учить морскую пехоту уничтожению кадавров не нужно. Они, пожалуй, сами кого угодно этому ремеслу научат.
Махгеевер утащил зеевибель Нойнит, заодно забрав с собой двух бойцов, и через минуту от отряда, устроившего остановку на небольшом пятачке в паре сотен шагов от цели, остались лишь четверо: сам зеелёйт, маг Тверди, Рид и один из бойцов, сопровождавших отряд «верхами».
– Пять минут до начала, – тихо проговорил Раанд, переводя взгляд на Гобса. – Начнём?
– Да, – коротко ответил тот.
– Лодырь, веди на точку. – Зеелёйт повернулся к бойцу. Тот кивнул и молча повёл команду в… обратную от выхода на площадку сторону. Впрочем, далеко они не ушли. Орк остановился у высокого штабеля ящиков и ткнул пальцем на его вершину.
– Там следующий ряд ящиков прикрывает, так что со стороны площадки заметить взбирающихся невозможно, – пояснил он и, не теряя времени, птицей взлетел на штабель. За ним последовал Раанд и, оглядевшись наверху, сделал знак застывшим внизу магу и механику.
В отличие от орка-разведчика и зеелёйта, ни Рид, ни Гобс не стали демонстрировать чудеса акробатики, и, можно сказать, чинно и осторожно взобрались на штабель, откуда наблюдатель повёл их к подобранной для мага точке. До начала «работы» осталось меньше трёх минут.
Рид вздрогнул. Давно уже незамечаемое им, ставшее почти привычным чувство чужого взгляда вдруг усилилось. Не намного, но вполне достаточно, чтобы бывший техфеентриг заволновался. Он уже было открыл рот, чтобы поделиться ощущениями с Гобсом и Раандом, но в этот момент последний, уставившись на часы, кивнул.
– Время!
И зал наполнился грохотом махгеевера и отрывистым лаем карабинов, чётко поражающих стоящих на площадке кадавров в сочленения брони. Но доставалось и самой стали. Мощный станковый агрегат разбивал когда-то прочную броню, словно керамику, и воздух наполнился визгом рикошетов и звоном разлетающихся осколков.
