Сейчас получил милейшее письмо твое, бесценная жинка, за No 5 от 6 июня. Как быстро! Ай да Руденко! Теперь беспрестанно ездят курьером военные мимо Казатина. J'ai profondement touch de l'aimable attention, que d le lieu et le moment o tu m' ces lignes qui partaient directement du coeur et allaient au mien*. Смеялся я искренне описываемой тобою обстановке. Видно ты задала пир наславу! То-то будет рассказов в нашем захолустье. Напрасно позволила курить в комнатах. Я вывел бы в сад. Ради Бога, оставь твою страшную мысль бросить семью и приехать в Бухарест. Хотя княгиня Гика и предлагает принять тебя в деревне, близ города находящейся, но летом местопребывание здесь нездорово. Бухарест - неприятный город во время жаров. До сего времени еще мы могли бы провести вместе несколько дней в Плоешти и в Бухаресте, но теперь именно начинается кампания действительная, которая, если Бог благословит, будет ведена быстро и решительно. Мы рассчитываем в месяц дойти до Константинополя (между нами сказано), и при таких обстоятельствах появление твое в Бухаресте было бы бесполезно, ибо отлучиться из Главной квартиры я не могу. Будем мысленно неразлучны, будем молиться о скором и счастливом окончании нашей разлуки, но покоримся воле божией. Ты нужна при детях, на тебе все наше хозяйство. Как можно все бросить, чтобы среди препятствий всякого рода свидеться на несколько минут! Это неблагоразумно, а потому ты, конечно, не предпримешь такой страшной поездки.
То, что ты пишешь о Леониде, крайне меня огорчает. Скажи Соколову, что я надеюсь, что он найдет средство вести его вперед, а не назад. Жаль, что Мика заброшена. Давайте ей читать, сама выучится. Пусть мне почаще пишет - то на русском языке, то на французском и на немецком.
Виды на урожай неутешительные, а цены будут хорошие. Дмитрию передал твою похвалу за ковер. Он был польщен.
Государь сейчас уехал в Браилов. Ко мне очень милостив и внимателен. Вчера прибыл сюда Алексей Александрович, произведенный в контр-адмиралы и назначенный командовать всеми морскими командами на Дунае. Он еще похорошел, повозмужал. Я кланялся от вас, и он поручил кланяться. Он набрался много знаний и рассуждает обо всем здраво. Славный человек!
Дмитрий укладывается, а я не могу расстаться с тобою, друг мой сердечный, даже заочно. Завтра в 5 (как всегда теперь) [встану] и отправлюсь в 7 часов в Бухарест, там уже заказана коляска (не на мое имя), и я прокрадусь в ней к месту предполагаемой переправы (около Систово).
Сейчас получил письмо родителей. Не успел окончить. Радуюсь, что почерк батюшки поправился. Надеюсь, что родители останутся на Елагине, а то поездки из Петергофа в город замучают батюшку. В его годы кататься одному по жаре и духоте не следует. Оставляю это письмо фельдъегерю для отправления послезавтра. Да благословит вас Бог. С завтрашнего дня будем стоять биваком и ночевать в палатках. Дмитрию лучше. Если увижу, что здоровье его терпит от бивака, пришлю его к вам вместе с громадною коляскою.
Обнимаю милых деток. Скажи Леониду, что надеюсь, что он меня срамить не будет и станет отлично учиться. Целую ручки у матушки добрейшей. Жалею для нее, что у вас холодно, как везде. Целую твои ручки, ножки и глазки. Люблю до бесконечности и вижу постоянно перед глазами твой облик милый. Твой верный муж и неизменный друг Николай.
Поправляй твое здоровье, не тревожься и будь уверена, что Бог нас не оставит, не забудет и устроит все к лучшему. То-то было бы хорошо, если бы в августе удалось мне к вам приехать.
No 8
12 июня. Воскресенье
Вчера минуло три недели нашей разлуки, показавшейся мне вечностью, бесценный друг мой Катя. Великолепные здесь ночи лунные - светло, не жарко и думается, когда посмотришь на луну, о тебе. Вчера засмотрелся я на зелень, освещенную луною, и мечтал о том, как мил должен быть вид с круподерницкого балкона и как там хорошо, спокойно, душевно в семейном кругу! Поют ли дети "Коль славен наш Господь", и припоминает ли при этом добрейшая матушка об отсутствующем?
Вчера, как ты знаешь, отправился я в путь, но оказалось, что великий князь Николай Николаевич сделал другие распоряжения, которые заставили меня вернуться в Плоешти, чтобы ехать окончательно к Дунаю на бивак сегодня. Я отправлюсь с Главной квартирой (в том числе и Нелидов) экстренным поездом на Слатину и оттуда в экипажах на бивак к Дунаю близ пункта переправы (90 верст езды от железной дороги). Государь поедет за нами чрез сутки. В четверг мы уже, по всей вероятности, будем за Дунаем.