Е. де Бопрео.
Начальник отделения министерства иностранных дед.
- Я не знаю этого человека, - сказала она, бросив с лихорадочным нетерпением карточку. - Меня нет дома.
В этот день Баккара отказала бы любому посланнику и даже более высокопоставленному лицу.
Но сэр Вильямс поднял карточку, взглянул на нее и вздрогнул.
- Надо принять, - сказал он, - непременно надо.
И, обратясь к Фанни, он приказал повелительным тоном:
- Попроси его подождать минут десять в гостиной.
Горничная поняла, что этого человека нужно слушаться, и она повиновалась ему.
- У г-на де Бопрео есть дочь, которую зовут Эрминой, - продолжал сэр Вильямс, смотря на изумленную молодую женщину.
Баккара вскрикнула, вспомнив, что привратница на улице Сент-Луи называла ей это имя.
- А, это вероятно невеста Фернана?
- Да. А теперь увидите его тестя.
Заметив, что она начинает опять дрожать от гнева, он прибавил;
- Этого человека принять необходимо.
- Но что ему нужно? Зачем он пришел?
- Предложить вам какую-нибудь гнусность, постыдную сделку. Но это все равно! Не выгоняйте его, выслушайте его терпеливо. И отложите ответ до завтра. А там увидим.
Сэр Вильямс подошел к звонку и сильно дернул за шнурок.
- Попроси войти г-на де Бопрео, - сказал он Фанни. Затем он подбежал к уборной, приложив палец к губам, давая этим понять Баккара, что он хочет все видеть и слышать, оставаясь невидимым. И в ту минуту, когда за ним опускалась портьера, он еще раз сказал Баккара.
- Не отказывайте ему… Не приходите в негодование… Иначе, через неделю Фернан будет женат.
Баккара пробыла несколько секунд одна и, когда вошел Бопрео, успела уже побороть свое волнение, на губах ее появилась улыбка, и она была совершенно спокойна. Приняв небрежную позу, полулежа в глубоком кресле, она могла хорошо рассмотреть синие очки, красное лицо, большой живот и короткие ноги начальника отделения.
Де Бопрео поклонился молодой женщине с развязностью старого развратника, чувствующего себя легко в святилище порока, но Баккара отвечала на его поклон с такой аристократической холодностью и с таким достоинством, что он несколько смутился.
- Сударыня, - сказал он, - смею ли просить вас уделить мне несколько минут?
- Просите, сударь, - отвечала куртизанка с гордым хладнокровием королевы, которую молят о милости.
Она указала ему на стул и приготовилась слушать.
- Сударыня, - робко начал Бопрео, - моя карточка сказала вам, кто я?
Баккара утвердительно кивнула головой.
- Я богат, - продолжал он, - и получаю хорошее содержание.
- С чем вас и поздравляю, - сказала она равнодушно.
- И занимаемое мною положение, - добавил он, - дает мне возможность сделать очень многое для женщины.
- Ну, любезнейший, - перебила его Баккара, забыв свою аристократическую роль, - не можете же вы, как я полагаю, бросать миллионы, как ваш начальник Вильдье, разорившийся из-за меня, или Леопольд де Марлот, который подал мне закурить папироску своим последним тысячефранковым билетом. Вам дали неверные сведения обо мне.
И на губах куртизанки мелькнула презрительная улыбка.
Портьера уборной, к которой начальник отделения сидел спиной, раздвинулась и Баккара увидела бледное лицо сэра Вильямса, который как будто говорил: «Разве вы забыли мои наставления и хотите женить Фернана?»
Смутившись на минуту, Бопрео вновь, собравшись с мужеством, сказал:
- У вас есть сестра…
- А! Так вы влюблены в сестру? - заметила Баккара.
- Может быть…
В таком случае вы напрасно потеряете время, потому что она честная девушка.
- Поэтому-то я и обратился к вам.
Баккара взглянула опять на портьеру уборной. «Будьте спокойнее», - говорило серьезное лицо баронета.
- Мой милый, - сказала Баккара, - я не мешаюсь в дела сестры.
- Однако… Если бы вы согласились… Может быть…
В голове куртизанки мелькнула адская мысль: «А что, если попробовать выторговать у него свободу Фернана?» - подумала она.
Но лоб ее мгновенно покрылся краской стыда, и она едва удержалась, чтобы не выгнать Бопрео. Голова Вильямса опять показалась из-за портьеры, и точно голова Медузы наполнила ужасом Баккара, в ушах которой раздавались еще зловещие слова: «Если вы выгоните его, Фернан будет через неделю женат».
- Вишня - маленькая дурочка,- сказала она де Бопрео,- и если бы она слушала меня, вместо того чтобы влюбиться в столяра… Впрочем, все это касается ее одной.
- Не возьмете ли вы все-таки меня под свое покровительство? - умолял старый развратник.
Баккара колебалась.
- Соглашайтесь! - показывал ей знак сэра Вильямса.
- Может быть, - тихо прошептала она.
- Я умею быть благодарным,- проговорил вкрадчиво старик.
Баккара не отвечала. Она сидела задумавшись.
- Что же вы скажете?..- умолял Бопрео, дрожавшим от волнения голосом.
Баккара снова взглянула на сэра Вильямса.
Лицо англичанина было бесстрастно.
- Я подумаю…- сказала она, показав движением, что желает раскланяться с Бопрео.
- Ах! Сжалитесь… Будьте добры… Будьте…
- Приходите завтра, - сказала она отрывисто, и встала, торопясь прекратить этот позорный разговор.
Бопрео взял шляпу и поднялся в свою очередь со стула.
- Так завтра? - сказал он. - Вы говорите, чтобы я пришел завтра?
- Да, приходите.
