В результате этих и других форм неоправданного расточительства, включая роскошную жизнь богачей, половина населения планеты прозябает без работы. Более того, любые попытки сократить эти потери при нынешней системе только ухудшат положение наемных работников.
Сегодняшний мир полон обездоленных и тех, кого не оставляет вполне обоснованный страх в любой момент таковыми стать. Людям, имеющим заработок, неотступно грозит безработица; они понимают, что их фирма может внезапно обанкротиться или сократить персонал. Бизнесмены – даже те, что слывут очень богатыми, – знают, что могут в одночасье лишиться своего состояния. Нелегко приходится людям самых разных профессий. Пожертвовав многим ради образования своих сыновей и дочерей, они обнаруживают, что вакансий для приобретенных их детьми навыков больше не существует. Юристы убеждаются, что мало кто может позволить себе их услуги, и серьезные нарушения закона остаются безнаказанными; врачи видят, что их некогда прибыльные мнительные пациенты больше не могут позволить себе заболеть, а многие по-настоящему больные вынуждены отказываться от необходимого лечения. Сплошь и рядом женщины и мужчины с университетским образованием работают продавцами, что спасает их от нищеты – за счет тех, кто раньше стоял за прилавком. Во всех классах общества, от низшего до высшего, умами людей день и ночь владеет экономический страх, превращая их работу в нервотрепку и не давая толком отдохнуть в свободное время. Этот непрекращающийся ужас и является, на мой взгляд, причиной безумия, охватившего бо`льшую часть цивилизованного мира.
Стремление к обогащению, как правило, означает стремление к стабильности. Люди копят и вкладывают деньги в надежде обеспечить себя средствами к существованию в старости и предотвратить скатывание детей по социальной лестнице. Раньше, во времена надежных инвестиций, такая стратегия была вполне оправданной. Теперь же никаких гарантий нет: крупнейшие предприятия закрываются, государства разоряются, а то, что еще худо-бедно держится, наверняка не выстоит в следующей войне. Из-за этого в обществе (за исключением тех, кто продолжает тешиться иллюзиями) царит дух отчаянного безрассудства, который сильно препятствует поиску разумных решений.
Экономическая стабильность осчастливит людей в цивилизованных обществах больше, чем любые другие возможные перемены, за исключением разве что предотвращения войны. Работа – в социально необходимых пределах – должна стать обязательной для всего здорового взрослого населения. Причем если человек готов работать, а его труд по каким-либо причинам временно не востребован, доход все равно не должен прерываться.
Врач, к примеру, должен получать стабильный оклад до конца своих дней, даже если он перестанет работать, достигнув определенного возраста. Он должен быть уверен в достойном образовании для своих детей. Если здоровье жителей улучшится настолько, что непосредственные квалифицированные врачебные услуги им будут больше не нужны, докторов можно задействовать в медицинских исследованиях, мерах по улучшению санитарно-гигиенических условий или продвижению более сбалансированного питания. Я нисколько не сомневаюсь в том, что подавляющее большинство медиков при такой системе стали бы гораздо счастливее, даже если бы некоторые выдающиеся доктора получали бы чуть меньше, чем они того заслуживают.
Стремление к исключительному богатству никогда не являлось обязательным стимулом к работе. В настоящее время большинство работает не для того, чтобы разбогатеть, а для того, чтобы не умереть с голоду. Почтальон не рассчитывает стать богаче своих коллег, равно как и солдат или моряк не надеется накопить состояние, служа своей стране. Есть, правда, такие люди – обладающие, как правило, исключительной энергией и пользующиеся значительным влиянием, – для которых финансовый успех является главным стимулом деятельности. Некоторые из них приносят пользу, другие – вред; некоторые изобретают что-то или внедряют полезное изобретение, другие манипулируют акциями на бирже или подкупают политиков. По большому счету их интересует успех, а деньги служат всего лишь средством его выражения. Успех, достигнутый другим путем, скажем, получением признания или важной административной должности, точно так же подошел бы им в качестве стимула, если не больше, вдохновив их на более полезную для общества деятельность.
Обогащение как самоцель, в отличие от стремления к успеху, идет на пользу обществу в той же степени, что и желание переедать или напиваться. Так же вредна и социальная система, не оставляющая этому желанию никакого выхода. Зато система, в которой не будет места экономической неуверенности, покончит и с истерией, ставшей бичом нашего времени.
