Я вся напрягаюсь, а Чейз бледнеет и отпускает мою руку. Потом отступает назад и изумленно смотрит на меня.
– Ты все ему рассказала… Ты все рассказала этому постороннему дебилу?
Чувство вины охватывает меня, но я не отвожу глаз.
– Это же было только наше! Только наше! – Он с отвращением качает головой, разворачивается и, шатаясь, уходит.
– Чейз… – У меня все внутри ноет. – Подожди, я… – Бросаюсь за ним, но замираю и оборачиваюсь к Ноа. – Ноа, я просто…
– Все нормально. – Его лицо ничего не выражает, он кивает. – Иди за ним. – Потом добавляет совсем тихо: – Я знаю, что тебе этого хочется.
– Да нет же… – У меня перехватывает дыхание.
Ноа подходит, обхватывает ладонями мое лицо и целует в щеку. Отстранившись, он смотрит мне в глаза.
– Разве нет?
Я качаю головой:
– Ноа…
– Повторяю в последний раз: иди!
– Я хочу, чтобы ты правильно понял. Я…
– Джульетта! – сурово перебивает он.
Я стискиваю зубы и, с трудом сдерживая слезы, бросаюсь вдогонку за Чейзом.
Он сидит на валуне, уронив голову на руки.
– Что это было? – спрашиваю я.
Чейз резко выпрямляется, глядит мимо меня, и как только понимает, что я одна, смотрит мне в лицо. В глазах его появляется какое-то странное выражение.
– Чейз, – рявкаю я. – Ты хотел поговорить. Отлично, вот я пришла, давай говори.
– Я не могу этого вынести, – переходит он прямо к делу.
– Чего именно?
– Его. Тебя. Вас вместе.
Я в замешательстве развожу руками.
– Что ты хочешь, чтобы я сделала, Чейз? Исчезла?
– Нет…
– Чтобы позволила тебе наслаждаться жизнью, тогда как сама буду тихонько сидеть в уголке и не мешать?
– Ари, я не…
– Я уже так жила, и знаешь что? Это полный отстой! Я столько всего упустила, но больше так делать не собираюсь, так что у тебя не получится внушить мне чувство вины только из-за того, что я решила быть счастливой.
– Я хочу, чтобы ты выбрала меня! – кричит он.
Невысказанные слова замирают у меня на губах, я вся каменею.
Его взгляд смягчается, он встает и подходит ко мне.
– Я не против того, чтобы ты была счастлива, просто будь счастлива со мной.
Желудок скручивается в нервный узел, я чувствую тягучую, мучительную боль.
– Мне нужно, чтобы ты снова захотела меня, – продолжает он.
– Чейз…
Как же больно.
– Я хочу, чтобы ты смотрела на меня как раньше.
– Перестань.
– Выбери меня, – шепчет он и тянется к моему лицу, но я наклоняю голову, избегая его прикосновения. – Арианна…
Качаю головой; какое-то тошнотворное чувство зарождается в моем сердце.
Я чувствую прикосновение его губ, они молят.
Выпрашивают.
Я не в силах пошевелиться, но мысли мечутся и кричат: «Нет!»
Нет.
Это неправильно.
Поднимаю руки и отталкиваю его.
– Ты… Ты – козел. – Голос дрожит, слезы текут по щекам. – Зачем ты так поступаешь?
Он хмурится, на лбу появляются глубокие морщины.
– Я сказала, что теперь я с Ноа, а ты все равно… – Я не могу закончить предложение.
Чейз распрямляется.
– А что мне еще делать, я чувствую, что ты все больше отдаляешься.
– Боже мой! – Сглатываю комок в горле, но он образуется снова. – Не могу поверить, что ты такой эгоист!
В тревоге он тянется ко мне.
– Ари…
– Не смей! – Я отшатываюсь. – Месяцами я ждала, чтобы ты обратил на меня внимание, хотя в глубине души понимала, что ты никогда этого не сделаешь. Так что не надо тут рассказывать, как я отдаляюсь от тебя. Месяцами, годами я была совсем рядом, но ты не замечал меня. Даже не смотрел в мою сторону.
– Я смотрел. – Он качает головой, хмурится. – Ари, я
Я сжимаю челюсти, внезапная злость охватывает меня и вытесняет печаль.
– Ну молодец, только вот поздно.
– Я не верю, что поздно.
– Да, не веришь. – Я отступаю на шаг. – Ты бы не поцеловал меня, если бы понимал, что я права.
У меня нет больше сил смотреть на него, поэтому я разворачиваюсь и иду прочь.
– Я смотрю на тебя, Арианна, – повторяет он как-то обреченно, бессмысленно.
Останавливаюсь, но не поворачиваюсь к нему – смотрю перед собой в пустоту.
– Мне больше не нужно, чтобы на меня смотрели, Чейз. – Рыдания подступают к горлу, но я подавляю их. – Мне нужно, чтобы меня любили.
Преодолевая напряжение, иду вперед, но, к счастью, Чейз больше не произносит ни слова и не пытается меня догнать.
Мне хочется упасть на песок и разрыдаться, кричать в ночь, умолять о понимании, хоть я и не уверена, что оно мне нужно. Однако ничего из этого я не делаю.
Возвращаюсь к дому и почти задыхаюсь, когда вижу Ноа, сидящего на нижней ступеньке.
Он поднимает голову и встает, ключи от машины торчат из его кармана.
Паника захлестывает меня, я не могу сдвинуться с места.
Трясу головой, слезы наворачиваются на глаза, и он ободряюще наклоняется ко мне.
– Он поцеловал меня. – Чувство вины разливается по венам, я прижимаю руку к животу.
Ноа сжимает челюсти, но голос у него по-прежнему мягкий:
– И?
– Я не поцеловала его в ответ, я оттолкнула его.
Он снова кивает и опускает глаза на песок, а когда поднимает, я вижу в его взгляде сомнение, и это мучительно.
Большими пальцами он вытирает слезы с моих глаз.
– Я оттолкнула его, – отчаянно повторяю я.
– Я понял. – Ноа касается губами моего лба. – Я знаю, что ты оттолкнула его.
– Скажи мне, о чем ты думаешь?
