Услыхав о преступлении, детектив в спешке бросил замечание, что ему может понадобиться помощь, а когда я замешкалась, схватил меня за руку и потащил за собой. Не то, чтобы я была против. Просто ощущение сильной горячей ладони Шерлока сквозь тонкую ткань халата было так необычно. Раньше он никогда не прикасался ко мне, за исключением поцелуя-извинения на Рождество.
Наконец, мы миновали последний поворот и оказались в светлом холле, забитом людьми. Стоял жуткий шум: были слышны рыдания, испуганные возгласы, кто-то кричал, что нужно вызвать полицию. Вслед за Шерлоком я пробилась в самую гущу толпы.
На полу возле стойки старшей медсестры растянулась женщина в леопардовом платье, по всем признакам мёртвая. Губы начали синеть, глаза закатились. Невольно я в который раз подумала, каково это — минуту назад ходить и дышать, и потом вдруг оказаться лежащим на полу остывающим телом.
Руки женщины были раскинуты в стороны, рыжая голова покоилась на коленях высокого загорелого мужчины в белом халате. Он надрывно выл, качаясь из стороны в сторону, и дёргал себя за волосы. Бедный! Кажется, я несколько раз встречала его на работе. Другой мужчина в медицинской униформе сидел рядом на полу, бледный как простыня, и постоянно повторял: «Ребекка… Ребекка…» . У обоих по щекам текли слёзы. Кругом суетились медработники и даже несколько пациентов в пижамах.
— Причина смерти? — резко спросил Шерлок.
Многие недоумённо переглянусь, не понимая, почему они должны отчитываться перед незнакомцем.
— Шерлок Холмс, частный детектив-консультант. Я буду вести расследование до приезда полиции, — твёрдо объявил детектив. — Причина смерти?
Молоденькая напуганная медсестра со светлыми волосами, стоявшая рядом, указала пальцем на раздавленный пластиковый стаканчик возле правой руки жертвы:
— Цианид калия*… в кофе.
Получив этим ответом косвенное одобрение своим действиям, Шерлок опустился на колени около мёртвой женщины. Провёл беглый осмотр, понюхал следы коричневой жидкости, вытекшей из стакана, и согласился с выводом светловолосой сестры милосердия:
— Цианистый калий вызвал острую тканевую гипоксию**.
— Смерть практически мгновенная, — кивнула я.
Шерлок обернулся к плачущим мужчинам. Они, казалось, не обратили на детектива никакого внимания.
— Кто вы? — обратился к ним Холмс.
Загорелый перестал раскачиваться и обратил мутный взгляд на Шерлока. Я поспешила прийти на помощь страдальцу:
— Это доктор Николс из отдела эпидемиологии***.
Шерлок перевёл взгляд на второго. Тот ответил слабым голосом:
— Меня зовут Кэлвертон Смит. Я тоже доктор.
— Кем вы приходитесь погибшей? — Холмс сделал акцент на свой вопрос, словно говоря, что информацию с бейджа он и сам в состоянии прочитать.
— Ребекка — моя жена, то есть была женой, — он закрыл лицо ладонями. — Простите, я не могу поверить…
Подавленные близкие убитой в данный момент вряд ли бы смогли внятно объяснить Шерлоку случившиеся. Я поискала взглядом, кто мог бы помочь детективу, и увидела за стойкой старшую медсестру — пухлую румяную женщину лет 35. Мы с ней не были близко знакомы, тем не менее, она должна была меня помнить.
Я сделала шаг в сторону стойки и обратилась к ней:
— Миссис Кроуфорд, вы не могли бы рассказать нам, что здесь произошло? Вы находились на посту во время трагедии?
Женщина кивнула. Она была сильно взволнована, но любопытство взяло верх:
— Это ведь правда знаменитый Шерлок Холмс, да? Как вы думаете, он даст мне автограф?
— Если вы всё подробно расскажете – обязательно, — соврала я. Мне не нравилась эта женщина, она любила сплетничать и порой грубила посетителям, поэтому угрызений совести я не испытывала.
— Я видела, как это случилось, — начала старшая сестра.
Я обернулась к Шерлоку. Он пауком ползал по полу в надежде отыскать какие-нибудь следы, хотя всё кругом было безнадёжно затоптано.
— Шерлок, миссис Кроуфорд была на посту во время происшествия и всё нам объяснит.
Холмс выпрямился. На его лице мелькнула досада, что он сам не догадался обратиться медработнице на посту. Но, проходя мимо, он легонько коснулся моего локтя в благодарность за сообразительность. Ещё минут 5 после этого, я, как глупая школьница, старалась не двинуть рукой, чтобы сохранить ощущения смазанного душевного жеста.