Ребята из группы сильно защищают меня, так было всегда. В прошлом году один парень зачастил к нам концерты и после них всегда приходил поболтать со мной. Ребята относились к нему, как к моему преследователю. Он был совершенно невинным (ему было только четырнадцать), но Джек всегда наблюдал за ним, словно он мой телохранитель.
— Вообще-то, я собираюсь еще здесь походить и вернуться в Бруклин вместе с Софи, — сообщаю я. Технически это не ложь. Мы с Софи не строили планов вместе вернуться, но я просто предположила. К тому же, мне это позволит остаться чуть подольше и пообщаться с Тайлером, не выглядя отчаянной.
— Здорово! — Тайлер просиял.
Итан колеблется.
— Ладно, тогда до завтра. — Он быстро обнимает меня и кивает Тайлеру.
После ухода Итана, Тайлер наклоняется ко мне:
— Я должен признаться. Итан впечатляет. Он — гений.
— Это действительно так. — Я соглашаюсь. — Я наблюдала за тем, как он пишет песни, они просто льются из него. Выглядит все непринуждённо и просто, а я, конечно, проводила дни, даже недели, изучая простейшие аккорды. — Я думаю, Итану, вероятно, было скучно на занятиях в классе, он всегда заканчивал их первым. Итан никогда этого не признавал, пока остальные прилагали усилия к учёбе, но мне всегда было любопытно, почему он мирится со всей этой школьной драмой, когда он один из немногих студентов, кому не так уж и нужна помощь. Он уже прекрасный автор песен. — Должна признать, я была в ужасе, когда впервые сыграла то, что сочинила, находясь рядом с ним. Но Итан — один из самых преданных людей в школе.
Тайлер засовывает руки в карманы.
— Да, здорово… Хм, если мы начали признаваться, то я также рад, что он ушел, а ты до сих пор здесь.
Про себя думаю, держись, Эмма. Но с губ слетает с чрезмерной радостью:
— Я тоже!
Все оставшееся время я просидела и проговорила с Тайлером. Даже не заметила, как Софи ушла. Или как Итан написал мне четыре раза, чтобы узнать, как я добралась домой. Или узнать, остались ли мы на выставке одни с Тайлером.
Все, что мне ясно, — это то, что у меня запланировано свидание с Тайлером Стюартом.
Оставляю Джека разбираться, что происходит.
— Что ты пытаешься мне сказать, Рыжик? На твоём лице такая озорная улыбка.
— Неправда.
Он кладёт руки мне на плечи и наклоняется, ловя взгляд.
— Да, не отнекивайся. Признаю, что тебе идёт. Тебе следует чаще нарушать спокойствие.
Мы вчетвером устраиваемся в классе композиции. Не хватало мне, чтобы команда обиделась на меня из-за моего свидания с Тайлером в среду.
Спасибо, мистер Норт начал занятие и это единственное, что сможет утихомирить Джека (хоть что-то). Но он продолжает теребить мои волосы, пока мистер Норт говорит нам о следующем концерте в СРА.
— Ладно, ребята, приближается выпускной концерт. Не нужно напоминать, что несколько лучших студентов и те, кто открыт творчеству, каждый год готовы быть поражёнными студентами школы. Теперь вы выпускники и у вас есть привилегия создать шоу. Тема года — Идолы. Каждое выступление должно изображать идолы или знаковые моменты из нескольких десятилетий, с тех пор как СРА была основана. Представителям каждой группы необходимо подойти и выбрать из шляпы эпоху.
Джек поднимается и выбирает кусочек бумаги из шляпы. Он развёртывает его и кивает головой, широко улыбаясь. Джек показывает мистеру Норту бумагу и, вернувшись к нам, показывает её нам: "Восьмидесятые".
Другие четыре группы выбирают свои эпохи, а мистер Норт напоминает нам о том, что это последнее школьное выступление перед тем, как будут розданы приглашения на шоу.
— Окей, — начинает Итан. — Нам нужно заявить о себе. Я думаю, чтобы мы не выбрали, это должно быть нечто громким, большим и по-рокерcки тяжелым. В прошлом году мне хотелось заснуть от всех сильных баллад. Просто потому что выпускники постарше не значит, что мы не можем всех оживить.
Мы все согласны. Плюс, громкость всегда помогала мне справиться с нервами. Быстро перебирать аккорды оказывает успокоительный эффект на меня. Я, наверное, единственная, кто находит нечто терапевтическое в исполнении панк-музыки.
— Почему бы нам не вставлять панк-моменты в любую песню, которую мы выбираем? — спрашиваю я.
— Вот об этом я говорю! — соглашается Джек.
Мы перебираем имена музыкальных икон восьмидесятых: Мадонна, Принц, Брюс Спрингстин, The Police и т. д. Пока мы сконцентрировались на самых известных именах.
Майкл Джексон.
Бен ударяет ладонью по столу:
— Знаю. "Beat it". Там есть гитарное соло. Итан, я знаю, ты сможешь вывести композицию на новый уровень. Плюс, Джек сможет активно пробарабанить ритм, а я с Эммой просто доведём все это до логического конца.
Принято единогласно. Я выбрасываю расписание и обдумываю, какое реальное время у нас есть.
— Мужик, я весь в предвкушении, — Джек уже начал выстукивать ритм пальцем по столу. — Мне хочется начать работать как можно скорее. Что со временем у всех нас? Если мы определись с главной идеей, то, может, выступим с сырой версией на нашем концерте в пятницу?
— Я свободен, — предлагает Бен.
— Я тоже, — произносит Итан с закрытыми глазами. Я знаю, он обдумывает свою партию в голове.
