Перестаю плакать и просто смотрю в стену. Как может Софи говорить такие слова за моей спиной? Такие обидные слова. Даже несмотря на то, что наши отношения изменились, я считала, что, по крайней мере, мы остались друзьями. Может не лучшие, но мы через многое прошли, как же она может смотреться в зеркало, если третирует человека таким образом?
— Эмма? — моё молчание выводит Итана из себя еще больше.
Он вытирает мои слёзы, а затем начинает растирать мои плечи. Ему не впервые приходится успокаивать меня, когда я плачу навзрыд.
Второй курс. Софи пригласила меня на бродвейское шоу, но за два дня до мероприятия, сказала, что не получится пойти. Хотя «Гуру Сплетен» выпустили статью о Картере Харрисоне, посетившего пьесу и даже запечатлели на фотографии их вместе с Софи, на чьей руке я замечаю музыкальный талисман. Так я узнала, что они встречаются.
Первый курс. Я три недели помогала Софи с подготовкой к прослушиванию к "Бриолину". Опаздывала на некоторые занятия, потому что Софи хотела порепетировать пару часов ночью. Я была с группой, когда мы столкнулись с Софи и Амандой, празднующих полученную роль Френси. Софи не позвонила, не написала или даже не сказала мне, что получила роль. Вместо этого, она пошла праздновать с Амандой.
— Эмма, пожалуйста, скажи что-нибудь; ты меня пугаешь, — умоляет Итан.
Я смотрю на него и вижу, как сильно он беспокоится за меня. Среди тысячи студентов во всей школе, просто здорово, что он нашёл меня.
И вдруг до меня доходит.
— Итан?
— Да.
Такое ощущение, что он не дышит.
— Ты — мой лучший друг.
Из его уст вылетает небольшой смешок:
— И поэтому ты такая расстроенная? Осознание того, что я твой лучший друг?
Я мотаю головой. А затем рассказываю ему обо всём. Он пытается ходить взад и вперед, но комната очень маленькая. И он просто трясёт коленом, пока я повторяю весь текст. (Не думаю, что когда-нибудь эти слова вылетят из моей памяти.)
Как только освободилась от груза, я усаживаюсь в кресло Итана. Измотанная.
— Не нужно говорить о моем отношении к Софи, но Эмма, мне очень жаль. — Он присаживается позади меня. — Особенно то, как узнала всё. Ты этого не заслуживаешь. Знаешь ведь, правда?
Я вспоминаю всё, что сделала для Софи. Без сомнений когда-то мы были близкими друзьями. Детская дружба была реальна. Но затем мы поступили в СРА и всё изменилось. Мне не хотелось верить в это, я держалась за нечто иллюзорное. Хотелось верить, что всё осталось по-прежнему, но на самом деле всё иначе.
Я могла продолжать находить оправдания для Софи, хотя и знала, что она использует меня. Я позволяла ей делать это, потому что было страшно. Мне нужно было спрятаться за неё.
Но возможно этот как раз тот толчок, который был так нужен, чтобы оказаться в центре.
— Да, знаю.
— Останься здесь. Мне нужно кое-что сделать. — Итан встаёт.
Кто сказал, что люди не меняются.
У них никогда не было друга, который бы хотел стать знаменитым.
Где, черт возьми, Эмма? Я ушла в туалет, а она исчезла?
Я жду еще минут пять, а затем собираюсь уходить. В любом случае я знаю, что в пятницу порву зал.
Слышу, как открывается дверь. Вовремя.
Я поворачиваюсь и вижу Итана.
Здорово.
— Привет, Итан, ты не видел Эмму? — c нежностью произношу я. Это убивает меня, с тех пор как узнала, что не нравлюсь ему, но умру за одну из его песен. Ладно, не умру, но любезной быть могу, и это достаточно удручает.
Он вырывает телефон из моих рук.
— Извини?
— Я отвечу на твой вопрос. — Он улыбается мне. — Ты хочешь знать, где Эмма, так вот тут ответ.
Он отдаёт мне телефон и на экране высвечиваются сообщения. Сообщения от Аманды.
— Это — частная собственность. Как ты смеешь…
— Эмма знает.
— Что? Ты нарушаешь личное пространство и имеешь наглость заходить и говорить вещи типа "Эмма знает". Что? Она узнала о твоей нездоровой одержимости ею.
— Она видела сообщения. Эмма знает, что ты всё это время притворялась другом. Наконец-то она поняла, какая ты на самом деле.
Не могу поверить, Итан и Эмма думают, что могут рыться в моих вещах, а потом еще и злиться на меня. Серьезно?
— Как она увидела сообщения? А знаешь, это неважно. Я могу объяснить.
— Хотелось бы услышать. — Итан смеётся.
Так бы и ударила по его самодовольному выражению лица.
Пытаюсь найти подходящие слова. Не может быть, что такое стряслось за два дня до прослушивания. Знала, что Итан ищет путь саботировать моё место в шоу.
— Аманда очень ревностно относится к моему общению с Эммой…
— Конечно, вы с Амандой знакомы два года и она в приоритете перед Эммой, которую ты знаешь с восьми лет, только поэтому все хотят слышать твой голос. Это из-за её песен, но продолжай…
Самодовольный придурок. Эмма и Итан стоят друг друга.
— Знаешь что? Тебе я ничего не должна. Где Эмма?
— Она ушла.
Неважно. Всё что нужно сделать, это извиниться и всё будет в ажуре.
А еще надо поставить пароль на телефон.
Я ухожу, но Итан загораживает выход.
