– Я всегда хотела тебя увидеть еще раз, даже пыталась искать, до того как Габриэль появился, – шепчет она мне на ухо. – Но ничего не получалось. Лиля, я не хотела, чтобы все так вышло. Должно быть, безумие заразно. Мне жаль, прости. – Роза отстраняется от меня. – Я найду его и отомщу за родителей и за Сашу. А ты убегай. Этот тайный ход выведет тебя на улицу. Убегай скорее, малышка. Я подожгу это логово. Наш братик так верит в ад, что непременно должен туда попасть еще на земле.
– Постой! – хватаю я Розу за руку, но она лишь смеется – так же безумно, как Габриэль, – и, подобрав полы платья, убегает.
Это моя сестра. Моя кровь. Мое лицо. Моя тень, которую я вижу и с которой тотчас расстаюсь. Но я не бегу за ней, как бы мне этого ни хотелось. Я должна помочь людям. Я хватаю ножницы и освобождаю остальных – всех, кто привязан к железным стульям. Разрезаю веревки, молясь, чтобы успеть. Мои онемевшие руки меня плохо слушаются, но я стараюсь изо всех сил. Успеть, успеть, я должна успеть.
И я успеваю.
– Ты в порядке? – тотчас спрашивает меня Матвей, на мгновение обнимая и крепко-крепко прижимая к себе.
Его северное море размешано с кровью, но это море – мое.
– А ты? – шепчу я, глядя в его глаза – они теплые и ласковые, любимые.
Он только кивает, и я обнимаю Алису – она тихо плачет. На ее волосах действительно есть седая прядка. Я беру ее за руку, и наши пальцы крепко переплетаются.
– Слушайте меня внимательно, – тихо говорит Матвей, настороженно поглядывая на вход. Теперь его взгляд другой – внимательный и уверенный, как у вожака стаи. – Нам нужно уйти и сделать это как можно тише. Пойдем по тому пути, по которому пришла Роза.
– А если она нам соврала? – глухо спрашивает Яна, которую снова начинает колотить, но она пытается сжимать и разжимать пальцы, чтобы восстановить кровообращение.
– У нас нет другого выхода, – отвечает Матвей. Там мы можем наткнуться на этих уродов. Да и кто знает, сколько их тут. В «Легионе» много психов. Я иду первым. Вы – за мной. – Его взгляд падает на безжизненного Стаса, который стоит, опустив руки. Эй, пойдешь последним. И только попробуй вытворить что-нибудь, я сломаю тебе шею. Понял?
Стас бездумно кивает и кидает взгляд на кровь, оставшуюся от Эллы.
– И куда это вы собрались? – слышится холодный голос Константина.
Я оглядываюсь назад, и внутри все обрывается. Возродившаяся было надежда сгорает заживо. У Константина в руках пистолет Матвея. Он направлен прямо на нас. А между нами всего несколько шагов. Это конец?
В моей голове мелькает мысль, что перед смертью я все-таки успела обнять Матвея. И умру, крепко держа за руку Алису.
– Дернитесь – пристрелю, – сообщает он нам и кидает взгляд на ножницы в руках Матвея – он хотел взять их с собой в качестве оружия. – Брось.
Матвей подчиняется, не сводя с Константина взгляда.
– Откинь ногой ко мне, – велит тот.
Матвей подчиняется снова.
– Как высвободились? – спрашивает Константин.
– Помог кое-кто, – отвечает Матвей.
Он стоит впереди нас, словно закрывая спиной. Его плечи прямые и напряженные. И я знаю, что его сердце бьется сейчас, как сумасшедшее. Мое – в унисон с его.
– Кто же? – усмехается Константин. – А, можешь не отвечать. Какая разница. Сейчас вы окажетесь на своих местах, дорогие гости. А Габриэль уже придумал, какую игру устроить. Сегодня столько красивых девушек. – Его глаза останавливаются на Алисе. Та опускает голову. А он хрипло смеется. Видимо, уже придумал, что сделает с ней.
– Зачем? – вдруг спрашивает Матвей.
– Тебе интересно, зачем я тебя предал? – спокойно интересуется Константин. Пистолет он не отпускает. – Ну, я никогда и не был на твоей стороне. С самого начала. Просто Габриэлю нужен был тот, кто сможет контролировать тебя. И мне показалось это забавным. Игра в предательство – почему бы и нет? Весело.
– Нет, это я уже понял. Зачем ты играешь по его правилам?
– Что значит – по его правилам? – хмурится бывший водитель Матвея.
– Ну, он твой босс, ты подчиненный.
– Мы компаньоны.
– Сомневаюсь, – смеется Матвей. – Ты скорее похож на преданного пса, готового исполнять все приказы хозяина. Только знаешь, что бывает с такими псами потом? Их отстреливают и ищут новых.
Он провоцирует Константина – я прекрасно это осознаю. И не только я.
– Все сказал? Уймись, иначе прострелю ногу. Не тебе, кому-нибудь из девок.
– Мне действительно интересно. Хочешь стать Князем? – вдруг задает Матвей новый странный вопрос.
Константин щурится:
– Что это значит?
– Давай объединимся и захватим в «Легионе» власть. Будем играть по своим правилам.
– Волк хочет задрать пса? – хохочет Константин – ему почему-то безумно смешно.
Он приближается к Матвею, целясь тому в лицо, и говорит:
– Что ты несешь? Так хочется жить, что сорвало крышу? Думаешь, я поверю тебе, Веселов? Ты идиот. Месть застелила тебе глаза. Ты проиграл, смирись. Ты сдохнешь, и твоя девка сдохнет, и все они сдохнут. Все. Даже я – но намного позднее. Знаешь, все это время, пока я на тебя работал, ты меня бесил. Высокомерная тварь. Сегодня главным буду я, а не ты.
