Моё плохое настроение как рукой сняло. Я позабыла о грусти по утраченной дружбе Миши, о ненормальной бывшей Тони, да и о самом Тони тоже. Я прыгала от радости и счастья, возможно, выражая свой восторг слишком сильно, потому что спустя минуту в дверь постучали.
– Джулс?
– Входи! – крикнула я, останавливаясь.
– С тобой всё хорошо? – Тони с подозрением посмотрел на меня. Я сдула прядь, упавшую мне на лицо.
– Да! Просто отлично. А ты как?
– Я хотел ещё раз извиниться за Хелен. Она наверняка наговорила тебе всякого…
– Ничего, – махнула я рукой. – Я могу постоять за себя.
– Надеюсь, у тебя нет планов на вечер?
– Никаких, – я широко улыбалась, не в силах сдержать рвущееся наружу счастье.
– Будь готова к шести, хорошо? Я заеду за тобой.
– Заедешь? То есть ты уходишь сейчас?
– Да, у меня ещё остались дела в городе. Не скучай.
Когда Тони ушёл, я воспользовалась этим, чтобы похозяйничать на кухне. Готовила я не очень хорошо – дома мама почти не подпускала меня к плите, – но уж поджарить куриную грудку была в состоянии. В качестве гарнира я выбрала овощи, которые нашла в морозильной камере.
Оставшиеся пару часов я провела у бассейна с книгой. Это то, что в России могут позволить себе очень немногие, и я откровенно наслаждалась возможностью валяться в тени деревьев, смотреть на голубую воду или читать, попивая лимонад.
Около пяти я сбегала в душ, уложила волосы и накрасилась. Достала из шкафа платье, которое хранила специально для этого дня – чёрное, из плотной ткани, с открытыми плечами и пышной юбкой чуть ниже колена. К нему я надела новые серебристые, подаренные Тони босоножки, серьги и подготовила клатч.
К шести я была готова, и, судя по возне из гостиной, Тони тоже уже вернулся.
Я вышла из комнаты и, поймав его взгляд, закружилась, приоткрывая голые ноги.
– Джулс… – всё, что он смог сказать.
По его реакции я видела, что он в восторге, а значит, мне всё удалось. Ну же, Тони, заметь, какая я шикарная. Живу тут у тебя, красивая и свободная. Возьми меня уже! Первый шаг я сделать не решалась – не хотела, чтобы он подумал, что я за ним охочусь, – а он события явно не торопил. Возможно, расставание с Хелен было слишком болезненным. Что за противная девка!
– Идём, нам пора. – Тони протянул мне руку, и мы вышли из дома. Я старательно огибала подпрыгивающую Куки, чтобы она не дай боже не испортила мне платье, пока за нами не закрылась дверь.
– Куда мы едем?
– Сюрприз. – Тони улыбнулся. – Надеюсь, тебе понравится.
Мы недолго попетляли по Беверли-Хилз. Я щурилась на заходящее солнце и предвкушала празднование дня рождения.
Он привёз меня в ресторан, и я обрадовалась – решила, что мы будем вдвоём, и даже подумала, не оделась ли слишком празднично. Но когда мы вошли внутрь и нас проводили за наш стол, оказалось, что гостей по меньшей мере человек двадцать, из которых я знала только Марка, Эрику, Боба и Софию.
– Они здесь! Они здесь! – завопил какой-то низкорослый мужчина с рыжей бородкой (позже я узнала, что это Брэд Моррис – продюсер нескольких весьма успешных ТВ-сериалов, в том числе и «Спасения»), и все собравшиеся сразу обратили на нас внимание. Причём не только за нашим столом: я видела, как другие посетители вытягивают шеи, стараясь понять, кто же пришёл. Я смутно улавливала какой-то шёпот, говор. Кажется, кто-то даже узнал Тони, во всяком случае, в моих ушах так и стояло: «Кто это?» – «Какая-то звезда». – «Это же тот парень из сериала… как там? Ну, про больницу!» – «Точно! А кто рядом с ним?» – «Понятия не имею». – «Тоже актриса?»
У меня голова пошла кругом. И стало только хуже, когда друзья Тони начали вставать из-за стола и поздравлять меня с днём рождения. Кажется, большинство из них совсем не смущало, что они видят меня впервые в жизни. Я едва успевала принимать клевки в щёки и лёгкие объятия; запахи сладких духов и туалетной воды смешались в носу тугим комком, из которого невозможно было выцепить уже ни название марок, ни их принадлежность к мужскому или женскому аромату. Поэтому, когда ко мне подошла Эрика, я почти с облегчением обняла её как родную.
– Тебе придётся привыкнуть. Это очень в духе Тони. С днём рождения, милая.
Когда этот бесконечный поток прекратился и нас посадили за стол, я надеялась вздохнуть с облегчением и как-то успокоиться. Но всё только начиналось. У меня то и дело что-нибудь спрашивали, мне приходилось отвечать так, чтобы все слышали меня. От волнения я сбивалась, смущалась, английский пару раз просто выветривался у меня из головы, и я на чистом русском говорила: «Как это по-вашему?» – вызывая улыбку Тони и смех присутствующих.
