— Вы, очевидно, полагаете, молодой человек, что угоняют только мерседесы. Так вот нет. Угоняют все: краны, бульдозеры, самосвалы, все, что хотя бы на одном колесе или гусенице. А у нас большой парк крупнотоннажных грузовиков. Стоит угнать такой, с год на нем поработать, и на всю жизнь обеспечен. Вот так-то…
— Ясно. А что вы можете сказать о Ганееве, Олег Иванович?
— О Ганееве? Выжига. Ему только дай вырваться с автобазы и поминай как звали.
— Как это?
— А вот так: по несколько дней пропадал, а потом все объяснял поломками.
Замдиректора искоса посмотрел на Никиту и, наклонившись, доверительно сообщил:
— А на самом деле он просто калымил. Потом давал кому надо на лапу, и все с рук сходило. Вот так-то. — Он подозрительно огляделся и тихо добавил: — Они все здесь такие.
Олег Иванович произвел на Никиту странное впечатление. Всем своим видом он давал понять, что ему известно нечто такое, что никому больше на автобазе неизвестно, и потому с его лица не сходило загадочное выражение.
По наружной лестнице они поднялись на второй этаж, где был его кабинет. Первым делом Олег Иванович подошел к герани на подоконнике, оборвал засохшие листья и полил ее водой из пол-литровой банки. Приподняв горшок с цветком, он повертел его, обозревая со всех сторон. Затем подошел к аквариуму шарообразной формы и подсыпал в него корм.
— Вот с кем отдыхаешь душой, — сказал он, умиленно глядя на рыбок.
Это созерцание продолжалось несколько минут. Вздохнув, Олег Иванович вернулся в бренный мир.
Им пришлось спуститься на первый этаж, где находилась диспетчерская. Оказалось, что в день убийства Соколова у Ганеева была путевка на овощную базу.
Из поездки он вернулся в тот же день.
Олег Иванович немало был удивлен этим обстоятельством.
— Впервые наблюдаю такое, — озадаченно сказал он. — Странно даже.
Он взял путевку Ганеева.
— И путевка не закрыта. Ничего не понимаю.
— Он бросил ее мне в окошко и был таков, — сказала молоденькая диспетчер. — А там уж понимайте как хотите.
— Надо будет разобраться, — сказал Олег Иванович и почесал затылок.
— Но мы начнем с того, что выясним, во сколько он выехал с базы, — сказал Никита.
— А ну это просто. Идемте.
Они прошли в офис рядом с диспетчерской с броским названием Секьюрити, где находились мониторы. По записи с камеры наблюдения машина Ганеева выехала с территории автобазы в 8.43 и скрылась из вида.
— Ясно. Спасибо, Олег Иванович, — сказал Никита и распрощался с ним.
Чтобы проследить дальнейшее движение фуры Ганеева, Никита поехал в ГИБДД. Там его восстановили по записям с нескольких видеокамер с точностью до минуты.
Почти сразу Ганеев отклонился от прямого пути в пункт назначения и, сделав приличный крюк, проехал мимо улицы, где жил Василий Соколов. Затем он свернул в первый же проулок направо и в 9.08 его машина скрылась за многоэтажным корпусом.
— Любопытная картина, — пробормотал Никита.
Из проулка фура выехала на центральную улицу в 9.52.
— Любопытно. Очень любопытно.
— Надеюсь, помогло, — сказал дежурный офицер за пультом управления мониторами.
— Еще как, — ответил Никита и тут же позвонил Сергею.
— Есть что нового? — спросил он первым делом, думая о Татьяне.
— Пока нет. А у тебя? — спросил Сергей.
— Есть.
Никита рассказал про выкрутасы Ганеева.
— Надо срочно брать с него подписку о невыезде, — сказал Сергей. — Отлови его во что бы то ни стало.
— Понял. Еду на автобазу. Надеюсь, он там появился. Во всяком случае, я попросил не посылать его в рейс.
— Это уже хорошо.
— Танюшке удачи. Чтоб легко все обошлось. Звони.
— Не обещаю.
— Я понимаю.
— Но позвоню.
Никите повезло — он застал Ганеева в диспетчерской в обществе молоденьких девушек. На нем были голубые джинсы и кожаная куртка цвета беж. Смотрелся он импозантно и знал об этом. Короткая стрижка и небольшая щетина выверенного размера придавала ему вид крутого парня. Вел он себя вальяжно.
— Ганеев, я за вами, — сказал Никита, показав удостоверение сотрудника полиции.
Девушки в миг притихли и с любопытством ожидали, что произойдет дальше.
— Не понял, — с вызовом сказал Ганеев, явно решивший не ударить в грязь лицом перед смазливой аудиторией.
— Сейчас поймете. Следуйте за мной.
— Пакедва, девушки, — сказал Ганеев. — Меня опять подозревают — ни много ни мало — в очередном убийстве. Вы еще не слышали про серийного убийцу и насильника?
Девушки насторожились. Ганеев издал трубный рык и скорчил страшную физиономию.
— Так вот, это я.
Девушки сделали вид, что испугались, и дружно завизжали.
— Но своих не трогаю, — сказал довольный эффектом Ганеев.
Олег Иванович выделил Никите свой кабинет. Войдя в него, Ганеев развалился в кресле и демонстративно подавил зевок.
— Не понимаю, чем обязан встрече с вами.
— Сейчас поймете. У вас есть алиби на момент убийства Василия Соколова?
— Неужто вы думаете, что я убил этого недоноска? — усмехнулся Ганеев.
— Выбирайте выражения. Вы не среди приятелей. Отвечайте на вопрос.
— Я уже говорил вашему коллеге, — усмехнулся Ганеев. — Могу только повторить. Был в рейсе. Можете справиться в диспетчерской.
