— Не переживай! Окупим!
События развивались стремительно. В этот же день я зашёл к начальнику отдела труда и заработной платы. Распорядился выровнять парню зарплату относительно коллег, имеющих полярки.
— Но у него нет полярок, я не могу так сделать, это будет нарушением.
— Вам повторить задачу? Сегодня же решите проблему и до конца дня доложите мне, как вы это сделали.
Виктор позвонил на следующий день. Я заехал за ним после работы, и мы отправились покупать экипировку. Беговую одежду приобрели новую, а профессиональные беговые лыжи — б/у, но в отличном состоянии.
Виктор начал готовиться. Тренировка в пять утра, до работы. Тренировка вечером после работы.
Через месяц первые соревнования, и Виктор в своей возрастной категории приходит первым на городской спартакиаде, в абсолюте — третьим. (Нас обошли члены сборной России среди ветеранов.) Виктор продолжал работать и тренироваться, брать призы на радость всем нам. Завязал с ежедневным пивом.
Намечался очередной старт. Был прекрасный солнечный день, я пришёл на лыжню пораньше, чтобы успеть пообщаться и подбодрить коллег перед стартом.
Увидел Виктора, сидевшего на лавочке перед разминкой. Присел рядом, поговорили. Он крутил в руках какой-то чёрный футляр. Заметив, что я обратил внимание, открыл и достал стильные спортивные очки.
— Жена подарила, — спокойным голосом счастливого человека произнёс Виктор.
Пожелав ему удачи на старте, я пошёл к своей семье, а внутри было так хорошо от осознания, что в жизни Виктора происходят позитивные перемены и что я к этому причастен.
Технический директор, ещё один Александр. Из старейших сотрудников компании. Энциклопедические знания в области ремонта электромашин. Бо́льшую часть жизни проработал в электроремонтном цеху (ЭРЦ), пройдя все этапы карьеры — от рядового электромеханика до ключевого руководителя. Пережил вместе с коллективом многое. И золотые времена позднего СССР, когда им разрешили зарабатывать по хозрасчётной модели, что сделало почти всех сотрудников самыми высокооплачиваемыми работниками комбината. И голодное безденежье девяностых, когда долгие месяцы люди сидели без зарплаты. Его уважали старожилы ЭРЦ. На базе цеха в середине нулевых по моде на аутсорсинг и было создано ООО «Апатит-Электромашсервис» (АЭМС). В АЭМС постепенно выводились ремонтные службы ОАО «Апатит». Директор ЭРЦ, автоматически ставший генеральным директором АЭМС, на ключевые посты расставлял своих людей. Так Александр из технолога ЭРЦ стал техническим директором большой организации, в которую за короткий срок были добавлены механообрабатывающий, литейный, кузнечно-прессовый, котельно-сварочный переделы. Надо бы в них по-хорошему разобраться техническому директору. Но то ли вера в собственную энциклопедичность, то ли усталость от бесконечных преобразований не позволяли Александру приносить компании такую пользу, которую он был способен принести. Когда мою кандидатуру на пост руководителя АЭМСа ещё только обсуждали, генеральный директор ОАО «Апатит» Константин Владимирович Никитин (трагически погиб в июне 2014 года) говорил мне:
— Дима, есть такая проблема — литейка в Кировске. Работает на мазуте, такое грязное пятно в городе. Сейчас в связи с развитием горнолыжного курорта мы обязаны её как можно быстрее закрыть. Кировск должен стать экологически чистым местом. Поручили АЭМСу проработать вопрос строительства новой литейки в Апатитах. Они там что-то считали, заказали проект. И сейчас нас за яйца взяли — требуют на перенос литейки 1,8 миллиарда рублей. Мы все понимаем, что такие инвестиции не окупятся никогда. Никто не знает, что с этим делать. Вопрос нужно срочно решить.
Проектную документацию на новую литейку я начал изучать ещё во время аудита. Бестолковое технико-экономическое обоснование, какая-то совершенно безумная строительная часть. Будто собрались строить новый металлургический комбинат, в то время как для нужд комбината необходимо было всего 4,5 тысячи тонн литья в год (это немного). Я пообщался с коллегами из отрасли, с теми, кто в теме. И на очередном коллективном обсуждении проблем с литейкой попросил Александра как ответственного за решение этой задачи поискать типовой проект литейного производства под наши нужды. Александр захохотал в голос:
— Типовой проект! Ха-ха-ха! Вы что такое говорите?! Ха-ха-ха! Это же литейное производство! Здесь не существует никаких типовых проектов! Ха-ха-ха!
Я проглотил эту насмешку.
— Даю вам две недели на поиск и презентацию мне типового проекта литейки, — с металлом в голосе, чеканя каждое слово, произнёс я.
В кабинете воцарилась гробовая тишина.
— Вам всё понятно? — спрашиваю.
Молчит.
— Молчание — знак согласия, — не стал я нагнетать. — Всем спасибо, расходимся.
Затем, остыв, я подсказал Александру, что нужно смотреть индукционные печи и литьё по газифицируемым моделям. Под наши единичные и мелкосерийные нужды то что надо.
